Свежие комментарии

  • Валерий Протасов
    Давно всё это было. Но было. И кровь, и стоны, и гибель человека. Живое чувство сопричастия.Обстоятельства уб...
  • Николай Берлизов
    Виктор, С П А С И Б О!!!Кюмон Ф. Восточны...
  • Никифор
    Казахи сами по рождению на треть от монгольской гаплогруппы С...Практически природные монголы по антропологическому о...Казахи в Монголии...

Торговля с Гитлером: кто и как на самом деле нацистов вскормил

Торговля с Гитлером: кто и как на самом деле нацистов вскормил

Торговля с Гитлером: как западные демократии нацистам экономику построили

«Буржуазия всё превращает в товар, а, следовательно, также и историю. В силу самой её природы, в силу условий её существования ей свойственно фальсифицировать всякий товар: фальсифицировала она также и историю. Ведь лучше всего оплачивается то историческое сочинение, в котором фальсификация истории наиболее соответствует интересам буржуазии».
©Фридрих Энгельс, из фрагментов к работе «История Ирландии».
Цитируется по "К. Маркс, Ф. Энгельс. Сочинения. Издание второе. М.: Политиздат, Москва, 1955–1981". Том 16 (1960), стр. 524.

Часто ли вам приходилось слышать о «кровной дружбе» Гитлера со Сталиным, который являлся чуть ли не главным виновником прихода нацистов к власти, и который помог Третьему Рейху нарастить невиданную военную мощь для своих захватнических целей? Думаем, что довольно часто. А вот про невероятно активную роль западных демократий во взращивании нацистской экономики путём вливания десятков и сотен миллионов долларов, обнулением кредитов и предоставлением тайных военных технологий буквально за честное слово не разглашать сотрудничество в подробностях мало кто знает.

В статье по ссылке мы рассказывали о том, что доля Советского Союза в мировой торговле с Германией была в числе наименьших из всех стран-торговцев с Третьим Рейхом.

В данной же статье мы поговорим об экономических отношениях капиталистических государств запада с Германией. Увы, для людей считавших до сего момента Англию, Францию и США оплотом демократии и защиты от фашизма будет сделан неутешительный вывод: на западных демократиях лежит ключевая роль в становлении нацистской предвоенной экономики. Их политика невмешательства в переплетении с совместной тайной торговлей с германскими банкирами развязала руки Гитлеру и привела Европу к геополитическому коллапсу.

История второй мировой войны в двенадцати томах. М.: Воениздат, Москва, 1973–1982. Том 1. Зарождение войны (1973).

Поддержка германского милитаризма правящими кругами Англии

С приходом нацистов к власти гитлеровскому режиму была обеспечена широкая финансовая поддержка лондонского Сити. Английский банк стал выполнять роль учреждения, под гарантии которого виднейшие фирмы Великобритании снабжали Германию в кредит медью, алюминием, никелем и другим сырьем, необходимым для военной промышленности. В конце 1934 г. банк предоставил германскому рейхсбанку заем в 750 тыс. фунтов стерлингов.

«Финансисты считали,— писала 6 декабря 1934 г. газета «Дейли уоркер»,— что это является единственно возможным средством для подавления растущего недовольства германских рабочих и крестьян...».

В декабре 1934-го года после встречи главы английского нефтяного треста «Ройял датч шелл» с Гитлером была заключена сделка между германскими промышленниками и англо-американскими нефтяными магнатами: последние предоставили Германии нефтепродукты в размере её годового потребления за 1934-й год. Английские концерны «Импириэл кемикл индастриз» и «Виккерс» снабжали германскую военную промышленность сырьём и стратегическими материалами, «Бритиш петролеум компани» — алюминием. Поставки осуществлялись как открытыми, так и тайными путями, в частности через Канаду. Этот факт был вскрыт генеральным секретарём компартии Великобритании Гарри Поллитом в связи с расследованием королевской комиссией частного производства и торговли оружием, которые приняли скандальные размеры. Выступая на заседании комиссии, Г. Поллит обратил внимание присутствовавших на то, что сам председатель комиссии Д. Бэнкс является акционером английского концерна, замешанного в спекуляциях оружием(1).

Автомобильная компания «Роллс-Ройс» передала гитлеровскому правительству, якобы для «коммерческих целей», партию новых моторов типа «Кестрель», применявшихся на боевых самолетах. В апреле 1934-го года компания «Армстронг-Сиддли» продала Германии авиамоторы, созданные в результате шестнадцатилетних исследований английских инженеров(2). А в мае гитлеровцы разместили в Англии заказ на 80 мощных авиационных моторов этой компании. В ответ на запрос в парламенте министр иностранных дел Саймон объявил, что выполнение заказа «не противоречит условиям существующих международных соглашений». Из Англии в Германию ввозились самолёты, танки, пулемёты. Несмотря на то, что перевооружение Германии принимало угрожающие размеры и она готовилась официально объявить о легализации строительства военно-воздушных сил и введении всеобщей воинской повинности, английское правительство, и в первую очередь консерваторы, продолжали поддерживать формулу «равноправия» в вооружениях(3).

Активную прогерманскую роль играли английские военные круги. Имперский генеральный штаб установил тесные контакты с командованием гитлеровского вермахта. По свидетельству тогдашнего военного атташе Германии в Лондоне, командование британского генштаба считало, что «Германии следует использовать благоприятный шанс для того, чтобы в перспективе навести порядок в Европе»(4). Английские военные представители в Германии открыто выражали свое удовлетворение наращиванием германских вооружённых сил.

«16-го марта 1935-го года,— писал в своих воспоминаниях Гудериан,— я был приглашён на вечернюю беседу к английскому военному атташе в Берлине. Незадолго до моего ухода из дома радио передало правительственное сообщение о введении вновь всеобщей воинской повинности в Германии. Беседа, которую я вёл в тот вечер с английским атташе и присутствовавшим при этом моим знакомым офицером из Швеции, была чрезвычайно оживленной. Оба эти офицера выразили полное понимание, когда я сказал, что немецкая армия с удовлетворением встретила радостную весть о введении всеобщей воинской повинности»(5).

Формально английское правительство направило в связи с введением в Германии всеобщей воинской повинности ноту с «возражениями». Но, по существу, она означала скрытое одобрение действий гитлеровцев.

«Если германское правительство,— писала 20-го марта 1935-го года «Правда», разоблачая политику английского империализма,— демонстративно отвергло какие бы то ни было гарантии безопасности и бешено вооружается, чтобы навязать Европе новую войну, то оно осмелилось на этот шаг только благодаря позиции британского империализма... Английский империализм всеми силами мешает согласованным действиям тех, для кого вооружения фашистской Германии являются непосредственной опасностью».

24—26-го марта 1935 г. в Берлине состоялись переговоры Саймона с Гитлером. Они происходили в присутствии лорда хранителя печати Идена и английского посла в Берлине Фиппса. Со стороны Германии присутствовали также Нейрат и Риббентроп. Гитлер произнес длинную речь, в которой требовал для Германии мощной армии, флота и авиации, «необходимых для решения проблемы жизненного пространства», в том числе и за счёт СССР. Он выдвинул также требования: ликвидировать «польский коридор», присоединить к Германии северные районы Чехословакии и Австрию. Во время переговоров Гитлер поставил вопрос о возвращении Германии прежних колоний, что вызвало возражение со стороны Саймона, и о пересмотре соглашения о морских вооружениях. Хотя в этой агрессивной программе, изложенной Гитлером, просматривались явные очертания военной угрозы и для западных стран, она соответствовала главному намерению британского империализма — направить германскую военную машину на Восток, против СССР. Гитлер был доволен встречей, а также другими контактами с английскими министрами.

«Мы поняли друг друга»,— доверительно информировал он своих приближённых(6).

Материалы немецких дипломатических документов того времени убедительно свидетельствуют о том, что гитлеровская Германия опиралась на Англию как на основную международную силу в своей подготовке к воине. Германский посол в Лондоне докладывал на Вильгельмштрассе(7) в марте 1935-го года:

«Сейчас достигнуто фактическое равенство прав для Германии в вооружениях на суше, задача германского государственного руководства состоит в том, чтобы завершить это огромное достижение... Ключ к положительному решению находится в руках Англии»(8).

Дальнейшие события не заставили себя ждать. 18-го июня 1935 г. правительство консерваторов, возглавляемое Болдуином, подписало англо-германское морское соглашение, которое представляло собой крупнейший акт поощрения английским империализмом гонки вооружений и агрессивных планов фашистской Германии.

Англо-германское морское соглашение не было «самым неожиданным актом», как пытался утверждать У. Черчилль(9). Оно преднамеренно открывало возможности фашистской Германии для огромного, фактически безграничного, увеличения её морских сил. Соглашение было заключено, несмотря на официальный протест Франции, и стало одним из звеньев предательской политики английских правящих кругов по отношению к своему французскому союзнику(10).

Соглашение было в первую очередь направлено против СССР, так как вело к резкому изменению стратегической обстановки на Балтийском море в пользу Германии. Это отмечалось в английских и американских официальных кругах(11). Одновременно оно изменяло соотношение сил и на Северном море, что создавало потенциальную угрозу со стороны Германии как Англии, так и Франции. При содействии английских правящих кругов гитлеровская Германия ковала оружие, которое в конце концов было обращено не только против СССР, но и против Англии и Франции и их союзников.

Источники:

1–Г. Поллит. Избранные статьи и речи (1919—1939). Перевод с английского. М., 1955. Стр. 149, 153.

2–Ph. Noel-Baker. The Private Manufacture of Armaments. Vol. I, page 195.

3–Parliamentary Debates. House of Commons. March 11 to March 29, 1935. Vol. 299, page 58.

4–G. Schweppenburg. Erinnerungen eines Militärattaches. London 1933—1937. Stuttgart, 1949. S. 71.

5–Г. Гудериан. Воспоминания солдата. Перевод с немецкого. М., 1954. Стр. 29.

6–Е. Коrdt, Wahn und Wirklichkeit Die Außenpolitik des Dritten Reiches Versuch einer Darstellung. Stuttgart, 1948. S 71.

7–На этой улице Берлина находилось министерство иностранных дел Германии.

8–Documents on German Foreign Policy (далее по статье – DGFP), 1918—1945. Series С. Washington, 1957. Vol III, page 1018.

9–W. Churchill, The Second Woild War, Vol I. Boston, 1948. Page 137.

10–Саймон заверял итальянского посла в Лондоне (информация поступила в Берлин), что английские контакты с Францией носят формальный характер «Английские визиты в Париж,— говорил он,— вызваны лишь удобным географическим расположением французской столицы и ни в коем случае не означают, что Англия стремится к достижению какого-либо специального соглашения с Францией» (DGFP. Series С , vol I, р 131).

11–Foreign Relations of the United States (далее по статье FRUS). Diplomatic Papers, 1935. Vol II, рages 337—338.

Поддержка американских монополий гитлеровской Германии

Правящие круги США знали, что германские монополисты в своих завоевательных планах зарятся и на Американский континент. Однако это не порождало беспокойства, потому что, во-первых, американский империализм считал гитлеровскую Германию опасной только для СССР, а во-вторых, в США бытовала уверенность, основанная на опыте первой мировой войны, что и новая мировая война не затронет территорию их страны, но зато позволит выйти из экономического кризиса и станет источником прибылей монополий. Монополии, не связанные с военным производством, опасались войны, её социальных последствий.

Чтобы не ослабить свои позиции внутри США, Рузвельт и его окружение не хотели вступать в конфликт с теми американскими монополиями и банками, которые активно помогали подготовке Германии ко второй мировой войне. Хотя в речах американского президента нередко звучало опасение перед немецко-фашистской агрессией, однако необходимых реальных мер даже внутри страны (против фашистских организаций и монополий, связанных с германскими фирмами), а тем более в области внешней политики правительство США не предпринимало. Пресловутый «нейтралитет» по отношению к агрессорам, а на деле их поощрение, отражал суть политики тех американских монополий, влияние которых на правительство преобладало.

Правительство Рузвельта проводило своеобразный «нейтралитет» и в отношении связей американского и германского монополистического капитала. Оно не противодействовало таким связям, а лозунг «защиты демократии против тоталитаризма» в определённой мере им способствовал(1).

И хотя большая часть американских капиталов в германскую промышленность была вложена до прихода Гитлера к власти, их поступление продолжалось и после, вплоть до начала второй мировой войны.

Важную роль в укреплении отношений гитлеровской Германии с США сыграл Ялмар Шахт. Ещё в феврале 1933-го года он убеждал поверенного в делах США в Берлине, что фашистский режим «не представляет никакой опасности для американского бизнеса в Германии»(2). Вскоре после своего назначения на пост президента Рейхсбанка, что было воспринято международными монополиями положительно, Шахт в мае 1933-го года выехал в США для закрепления и расширения контактов между фашистскими лидерами Германии и правящими кругами Америки. В качестве эмиссара Гитлера и германских монополистов Шахт встретился с президентом Рузвельтом, членами правительства и заправилами Уолл-стрита. Шахт заверял своих собеседников, что «нет более демократического правительства в мире, чем правительство Гитлера», что фашистский режим «является лучшей формой демократии»(3), и добивался предоставления Германии новых американских займов. Отбывая из Нью-Йорка в Европу, Шахт заявил, что он вполне удовлетворён результатами своего визита.

Шахт способствовал также расширению связей гитлеровцев с монополистическими кругами других стран. В июне 1933-го года, будучи членом германской делегации на международной экономической конференции в Лондоне, он вместе с идеологом фашистской партии Розенбергом принял участие в разработке так называемого «меморандума Гугенберга», при помощи которого гитлеровцы пытались запугать западные державы «опасностью большевизма» и выторговать для себя кредиты(4).

После ряда манёвров германское правительство шаг за шагом сокращало уплату платежей по займам, а в 1935-м году полностью приостановило выплату долгов. Так, с помощью американской и английской финансовой олигархии, заинтересованной в восстановлении военно-экономического потенциала фашистской Германии, гитлеровцы получили крупные суммы, которые они направили на вооружение.

Большую роль в координации усилий международной банковской олигархии в финансировании фашистского движения в Германии играл кёльнский банкир барон Шредер, связанный с нацистской партией. Он поддерживал тесные контакты с отделениями своей банковской фирмы в США и Англии. Все юридические формальности по займам, проходившие через банк Шредера, выполнялись в Америке адвокатской фирмой «Сал-ливэн энд Кромвэл», во главе которой стояли братья Джон Фостер Даллес, Аллен Даллес и другие.

Вскоре после установления фашистской диктатуры Германию посетили представители банковских объединений США Олдрич и Манн для обсуждения вопросов, связанных с финансированием вооружений Германии. Спустя несколько дней в беседе с американским послом в Берлине они заявили, что с Гитлером «можно иметь дело»(5). В результате переговоров было достигнуто важное соглашение. Американские банки отсрочили получение с Германии платежей по ранее предоставленным кредитам. Они дали обязательство, что впредь все доходы с американских капиталов и имущества в Германии будут расходоваться исключительно внутри этой страны. Немецкие и американские банкиры договорились о самом важном — о том, что капитал США примет деятельное участие в перевооружении Германии либо путем строительства новых военных предприятий на её территории, либо путём реконструкции уже имевшихся. Среди них были автомобильные заводы Форда в Кёльне и завод «Опель» в Рюссельгейме, в расширение которого вложила капиталы «Дженерал моторс», заводы американских компаний «Дженерал электрик» и «Интернэйшнл телефон энд телеграф корпорейшн» («ИТТ»); «Стандард ойл» построила в Гамбурге нефтеперегонный завод, по тому времени крупнейший в мире.

Большое значение для вооружения Германии и создания её военной машины имели прямые вложения американского капитала в германскую промышленность. По официальным данным, прямые американские капиталовложения в германскую промышленность в 1930-м году составляли 216,5 млн. долларов. В Германии имелось до 60 филиалов американских концернов(6). Сенатор Килгор говорил в 1943-м году:

«Огромные суммы американских денег шли за границу на строительство заводов, которые теперь являются несчастьем для нашего существования и постоянной помехой для наших военных усилий»(7).

Килгор имел все основания сделать такое заявление, поскольку сенатская комиссия, возглавляемая им, определила сумму американских капиталовложений в Германии в 1 млрд долларов. Комиссия Килгора установила также, что только часть американских компаний владела столь большой долей акционерных капиталов, которая позволяла контролировать 278 немецких акционерных обществ. Это показывает, насколько за годы гитлеровской диктатуры укрепились связи американских и германских монополистов и сколь велика была роль капитала США не только в воссоздании, но и в дальнейшем развитии военно-промышленного потенциала фашистской Германии.

Американские капиталовложения были направлены в первую очередь в машиностроительную, автомобильную, электротехническую, авиационную, нефтяную, химическую и прочие отрасли промышленности военного значения. Монополии США помогали Германии не бескорыстно. Их капиталовложения давали большие прибыли.

Большинство картельных соглашений между американскими и немецкими фирмами были заключены в 1926—1929 гг., в период осуществления «плана Дауэса».

Особенно большую роль в подготовке войны сыграли картельные связи концернов металлургической промышленности. Ещё в 1926-м году был создан международный стальной картель, в который вошли металлургические магнаты Германии, Франции, Бельгии, Люксембурга, Саара. Организатором картеля был Э. Пенсген — глава концерна «Стальной трест»(8).

Позже круг участников картеля расширился. В него вошли главные производители стали в Австрии, Польше, Чехословакии, Англии и США, крупнейшие американские компании по производству стали «Юнайгед Стейтс стил», «Бетлехем стил» и «Рипаблик стил». Картель стал давать около 90 % чугуна и стали, поступавших на мировой рынок. Руководящая роль в картеле принадлежала немецким монополиям, в частности «Стальному тресту». Гитлеровцы высоко ценили заслуги Пенсгена в вооружении Германии.

В 1929-м году было заключено соглашение между американским нефтяным трестом «Стандард ойл» и германским химическим концерном «ИГ Фарбениндустри», сыгравшее важнейшую роль в подготовке гитлеровской Германии к мировой войне. Концерн «ИГ Фарбениндустри» получил от «Стандард ойл» свыше 60 млн. долларов для разработки технологии производства синтетического горючего в промышленных размерах(9). С приходом фашистов к власти связи монополий США и Германии стали ещё более тесными.

При активной помощи американских фирм немецкие империалисты организовали в широких масштабах ввоз оружия из-за границы. Только за восемь месяцев 1934-го года американская авиационная фирма «Эйркрафт корпорейшн» увеличила экспорт своей продукции в Германию по сравнению с 1933 г. в 6,4 раза. Кроме «Эйркрафт корпорейшн» поставками самолётов занимались и другие американские фирмы. Компания «Юнайтед эйркрафт транспорт» ввозила части для постройки самолётов, фирма «Сперри жироскоп компани» — авиационную радиоаппаратуру. В широких масштабах направляли в Германию свою продукцию — в основном моторы и самолёты — американские компании «Кертисс раит», «Америкэн эйркрафт» и другие.

Особое значение для Германии имело предоставление ей американскими фирмами патентов на новейшие изобретения в области авиации.

Фирма «Пратт энд Уитни» заключила с германской компанией «Байерише мотор верке» договор о передаче Германии патента на авиадвигатели с воздушным охлаждением. Свои патенты на военные самолеты передала немецкой фирме американская компания «Юнайтед эйркрафт экспорт». Продала Германии патент на новый самолет крупнейшая американская компания «Дуглас».

В феврале 1933-го года американский химический трест Дюпона заключил соглашение с «ИГ Фарбениндустри» о продаже взрывчатых веществ и боеприпасов, которые направлялись в Германию через Голландию.

Уже в 1934-го года поставки оружия из США в Германию приняли такие размеры, что ими заинтересовалась сенатская комиссия по расследованию деятельности военных предприятий. Комиссия установила, что между американскими и немецкими фирмами существует множество секретных соглашений о взаимной информации и обмене патентами в области вооружения. Член комиссии сенатор Кларк заявил:

«Если бы Германия проявила завтра активность в военном смысле, она оказалась бы более мощной благодаря патентам и техническому опыту, переданным ей американскими фирмами».

В 1940-м году морской министр США Фрэнк Нокс признал, что «в 1934 и 1935 гг. Гитлеру поставлялись сотни первоклассных авиационных моторов, изготовляемых в США», а сенатская комиссия в том же 1940-м году пришла к выводу, что «американские промышленники с согласия правительства США свободно продавали германскому правительству патенты и права на конструирование моторов...»(10).

«Стандард ойл» взял на себя финансирование строительства новых заводов синтетического горючего в Германии(11). О размахе финансирования можно судить по заявлению американского коммерческого атташе в Берлине, который в декабре 1935-го года в официальной беседе отметил, что «по истечении двух лет Германия будет производить нефть и газ из каменного угля в количестве, достаточном для длительной войны. «Стандард ойл» предоставил ей для этого миллионы долларов»(12).

Трест «Стандард ойл» не только активно помогал налаживать производство синтетического бензина, но и расходовал крупные суммы на разведку и организацию добычи нефти в Германии(13). Тресту принадлежало более половины капитала нефтяной компании, в собственности которой находилось более трети всех бензозаправочных станций. Германо-американская нефтяная компания владела нефтеперерабатывающими заводами, заводами минеральных масел. Когда началась мировая война, заводы по гидрогенизации угля имелись в Германии и Японии. Но их не было в США.

В 1935 г. вскоре после разрыва Гитлером военных статей Версальского договора и введения в Германии всеобщей воинской повинности американская компания «Этил газолин корпорейшн» передала с разрешения американского правительства патент, которым она владела монопольно, на производство тетраэтилсвинца — антидетонационной присадки в бензин. В одном из секретных документов, ставших известными после войны, эксперты «ИГ Фарбениндустри» следующим образом оценивали значение помощи американской фирмы:

«Нет необходимости подчёркивать, что без тетраэтилсвинца современная война немыслима. Мы же с начала войны были в состоянии производить тетраэтилсвинец исключительно потому, что незадолго до этого американцы построили для нас завод, подготовили его к эксплуатации и передали нам необходимый опыт»(14).

Столь же велика была помощь американского капитала и в разработке способов производства синтетического каучука.

В лабораториях «Джаско» и на её опытном заводе в Батон-Руж (штат Луизиана) была разработана технология массового производства каучука «буна». Право собственности на этот патент перешло к германскому тресту. «Стандард ойл» разработал способ получения и технологию производства нового вида каучука — бутилового, более высокого по качеству, чем «буна».

Выставка ИГ Фарбен посвящённая синтетическому каучуку, 1936-й год. Источник

Выставка ИГ Фарбен посвящённая синтетическому каучуку, 1936-й год. Источник

Американские монополии помогали фашистской Германии и в производстве алюминия, магния, никеля, карбид-вольфрама, бериллия и других стратегических материалов.

В 1935-м году германское производство легких и цветных металлов уже превосходило французское и канадское в четыре раза, британское и норвежское — в шесть раз, на 16 тыс. тонн превышало американскую выработку(15).

Для успешной подготовки войны гитлеровцы считали крайне необходимым ослабить зависимость Германии от ввоза железной руды. В Германии имелось несколько железорудных месторождений с 20—25 % содержанием железа. Разработка таких бедных руд считалась нерентабельной. Тем не менее на базе этих месторождений началось строительство трех заводов с годовым производством стали 6 млн. тонн, что составляло треть всей выплавки стали в Германии. Официально работы производились концерном Германа Геринга, но в действительности их выполняла специально созданная американская фирма «Р. Брассерт».

«Эта компания,— пишет английский экономист Н. Мюлен,— до того почти неизвестная в Германии... оказалась тесно связанной с «автаркией» рейха в области снабжения его железной рудой — одним из главных элементов экономической независимости в производстве вооружений»(16).

Фирма «Р. Брассерт» была только филиалом крупной чикагской фирмы Брассерта, сотрудничавшей с американским трестом Моргана.

По условиям картельных соглашений американские фирмы должны были информировать своих немецких партнеров о всех интересующих их технических новинках. Так, фирма «Баушэнд Ломб» охотно предоставляла Цейсу военные секреты США и лишь просила хранить все сведения в тайне(17).

Крупную роль, которую играли американские монополии в подготовке Германии к войне, подтвердил впоследствии не кто иной, как Ялмар Шахт, являвшийся правой рукой Гитлера в вопросах финансирования военного производства. Находясь в своей камере во время Нюрнбергского процесса, Шахт рассмеялся, услыхав, что немецким промышленникам будет предъявлено обвинение в вооружении Третьего Рейха.

«Если вы хотите предать суду промышленников, способствовавших вооружению Германии,— сказал он американскому офицеру,— то вы должны будете судить своих собственных промышленников. Ведь заводы «Опель», принадлежавшие «Дженерал моторс», работали только на войну»(18).

Тесные связи банкирского дома Моргана с немецкими фашистами были установлены через находившуюся под его полным контролем международную телефонно-телеграфную корпорацию — «ИТТ».

Вскоре после фашистского переворота в Германии председатель правления «ИТТ» был принят Гитлером. В результате беседы во главе всех трёх немецких фирм, принадлежавших «ИТТ», был поставлен агент Риббентропа Г. Вестрик, который назначил на руководящие посты в правлениях фирм и на предприятиях главарей СС и других видных гитлеровцев(19).

Если через «ИТТ» дом Моргана установил контроль над многими предприятиями, производившими телеграфную и телефонную аппаратуру, а также над радиопромышленностью Германии и протянул щупальца к самолетостроению, то через другую крупную американскую фирму — «Дженерал электрик», он имел тесные связи с электропромышленностью Германии.

За годы фашистской диктатуры «Дженерал электрик» добилась полного контроля над «Альгемайне электрицитетс гезельшафт» (АЭГ) — крупнейшим германским электротехническим концерном с капиталом 120 млн. марок. Через АЭГ фирма «Дженерал электрик» приобрела косвенный контроль над значительной частью электропромышленности Германии, числе и над известным электроконцерном Сименса, компанией электроламп «Осрам» и т. п.(20).

Источники:

1–«Наш прямой и косвенный вклад в гитлеровскую военную машину,— писал американский исследователь,— продолжает оставаться важным фактором в борьбе за сохранение демократии» (J. Tenenbaum. American Investments and Business Interests in Germany, p. 4).

2–FRUS, 1933. Vol. Il, page 186.

3–«New York Evening Post», May 5, 1933.

4–«The Evening Standard», July 6, 1933.

5–Ambassador Dodd's Diary 1933 — 1938. New York, 1941. Page 31.

6–J. Tenenbaum. American Investments and Business Interests in Germany, page 7.

7–Congressional Record. Vol. 89. Pt. 7. Washington, 1943, p. 9015.

8–Д. Мартин. Братство бизнеса, стр. 66, 69.

9–G. Reimann, Patents for Hitler. New York, 1949. Page 58.

10–Цит. по: Г. Мейер. Неизбежна ли гибель Америки? Перевод с английского. М., 1950, стр. 39.

11–А. Нордеи. Уроки германской истории. Перевод с немецкого. М., 1948, стр. 176.

12–Ambassador Dodd's Diary, 1933—1938, page 292.

13–Ibid., p. 357—358.

14–«The New York Times», October 9, 1945.

15–G. Reimann, Patents for Hitler, page 203.

16–N. Mühlen. Hitler's Magician: Schacht. London, 1939, p. 191.

17–Economic and Political Aspects of International Cartels. A Study Made for the Subcommittee on War Mobilization of the Committee on Military Affairs. United States Senate. Washington, 1944, page 57.

18–A. Hоpдеи. Уроки германской истории, стр. 174.

19–Д. Мартин. Братство бизнеса, стр. 255, 256.

20–J. Tenenbaum. American Investments and Business Interests in Germany, pages 24, 25.

История Великой Отечественной Войны Советского Союза 1941-1945 в шести томах. М.: Воениздат, Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС, Москва, 1960–1965. Том 1. Подготовка и развязывание войны (1960)

Экономическая поддержка германского фашизма правящими кругами США, Англии и Франции

В период между двумя мировыми войнами политика правящих кругов США, Англии и Франции заключалась в том, чтобы сохранить, а затем и укрепить германский империализм в качестве главной ударной силы против Советского социалистического государства. Эта политика началась задолго до захвата фашизмом власти в Германии, но особенно активно она стала проводиться после гитлеровского переворота. Для скорейшего осуществления своих антисоветских планов империалистический лагерь помог германским империалистам выковать меч агрессии и вложить его в руки гитлеровцев.

Формы сотрудничества международного капитала с германским империализмом в подготовке и осуществлении его агрессии были самые разнообразные. Но, несомненно, одной из наиболее важных форм являлись международные картельные соглашения, которыми были связаны американские, английские и германские монополии.

В. И. Ленин указывал, что образование сверхмонополий и международных трестов не только не ослабляет неравномерности развития и противоречий внутри мирового капиталистического хозяйства, а, наоборот, еще более усиливает их. Создание международных картельных соглашений означает обострение борьбы, «сегодня мирной, завтра немирной, послезавтра опять немирной»(1), между союзами империалистов, содержанием которой является раздел мира, господство на рынках, уничтожение конкурентов, получение сверхприбылей.

Большинство картельных соглашений между американскими, английскими и немецкими фирмами восходит к 1926—1929 гг., к периоду осуществления плана Дауэса, когда на германские монополии пролился обильный золотой дождь американских долларов, под которым бурно росла и крепла экономика Германии, восстанавливался и развивался её военно-промышленный потенциал.

Фашистский переворот в Германии, в результате которого в центре Европы образовался главный очаг новой мировой войны, явился своего рода поворотным пунктом в экономическом сотрудничестве монополий. Крупнейшие американские, английские, французские и голландские монопольные объединения, такие, как группы Рокфеллера, Моргана, Меллона, «Ройял датч шелл», Виккерса, Болдуина, «Юнилевер» и другие, принялись оказывать Германии самую широкую финансовую и военно-техническую помощь. По поводу этой помощи Шахт впоследствии отмечал:

«Заграница форменным образом превзошла сама себя в признании того, что делал Гитлер, и оказывала ему беспрестанно всяческие почести»(2).

Англия, сама испытывавшая острую нужду в авиации, продавала Германии военные самолёты и авиамоторы, её верфи были загружены германскими военными заказами. Английский экономист Пауль Эйнциг писал в те дни:

«Если когда-нибудь настанет судный день, то ответственность за гибель английских солдат и гражданского населения придётся возложить на снисходительную позицию английского правительства. Военные материалы, которые, возможно, будут использованы против Англии, могли быть произведены только благодаря той щедрости, с какой Англия предоставляет своему врагу свободу маневрирования биржевыми ценностями для закупки сырья»(3). Этому буржуазному автору нельзя отказать в проницательности.

Известны факты тесного сотрудничества германских и американских фирм. Германский химический трест «ИГ Фарбениндустри» имел в США по крайней мере семь дочерних фирм-предприятий, наиболее крупными из которых были «ИГ Америкэн», «Кемикл корпорейшн», «Кемикл инкорпорейтед», «Джаско». Последние две фирмы были созданы специально для выкачивания из США технической информации, имевшей военное значение. Целая система картельных соглашений (свыше 160!) связывала этот гигант химической промышленности Германии с монополиями США. Патентные и картельные соглашения между монополиями США и Германии были направлены прежде всего на преодоление самого узкого и уязвимого места германской военной экономики — недостатка сырья и горючего. В первый год фашистской диктатуры ввоз в Германию военно-стратегических материалов, главным образом из США и Англии, резко увеличился, например: алюминия в 15 раз, никеля в 2 раза, железа в 1,5 раза, марганца на 30, а меди на 20 %(4).

Британская империя и США поставляли Германии 60—70 процентов нужных для её военной промышленности материалов(5). Чем ближе надвигалась война, тем интенсивнее становилось снабжение Германии стратегическим сырьём из этих двух государств.

На протяжении 1927—1929 гг. между американским нефтяным трестом Рокфеллера «Стандард ойл оф Нью-Джерси» и «ИГ Фарбениндустри» была заключена серия соглашений. Взамен обязательства «ИГ Фарбениндустри» не вмешиваться в дела американской нефтяной промышленности «Стандард ойл» предоставил своему германскому партнеру преобладающую роль в развитии новых химических производств и обязался поддерживать соответствующие его позиции во всех странах мира, включая и Соединённые Штаты. В виде поощрения «Стандард ойл» выдал «ИГ Фарбениндустри» 30 млн. долларов для организации в Германии работ по производству синтетического горючего в промышленных размерах(6). После захвата власти гитлеровцами связи этих двух монополий стали ещё теснее и разностороннее; в частности, трест «Стандард ойл» взял на себя финансирование строительства новых заводов синтетического горючего в Германии.

В 1935-м году американские компании «Этил газолин корпорейшн» и «Дженерал моторс» передали «ИГ Фарбениндустри» с разрешения американского правительства секрет производства тетраэтилсвинца, добавляемого в бензин для повышения его способности противостоять детонации. Трест «Стандард ойл» финансировал строительство в Германии завода по производству тетраэтилсвинца, оказывая при этом большую техническую помощь(7).

Американские монополии через дочерние германские фирмы предоставили в распоряжение «ИГ Фарбениндустри» свои финансовые ресурсы и мощную экспериментальную базу для исследовательских работ по производству синтетического каучука. В лабораториях фирмы «Джаско» и на её опытном заводе в Батон-Руж (штат Луизиана) была разработана технология массового производства каучука «буна». Право собственности на этот патент перешло к германскому тресту. «Стандард ойл» разработал способ получения и технологию производства нового вида каучука — бутилового, более высокого по качеству, чем «буна».

Американский химический трест Дюпона в 1938-м году закончил переговоры с «ИГ Фарбениндустри», в результате которых германскому тресту была передана технология производства синтетического каучука «неопрен», разработанная Дюпоном(8).

Приведённые факты показывают, что без технической и финансовой поддержки американского капитала производство синтетического горючего и каучука, необходимых для современной войны, не достигло бы в Германии такого размаха и гитлеровская клика не могла бы осуществить свои агрессивные планы. Когда в 1938 г. «пошли на синтетическом бензине бронемашины с шинами и гусеницами, изготовленными из «буна С», германский генеральный штаб мог констатировать, что вооружение Германии вступило в свою последнюю фазу. Теперь война могла начаться, как только Гитлер подаст сигнал к ней»(9).

Американские монополии помогали фашистской Германии также и в производстве алюминия и магния. До второй мировой войны все производство алюминия в США находилось под контролем «Алюминиум компани оф Америка» («Алкоа»). «Алкоа» через свою дочернюю фирму в Канаде «Алтед» была связана с мировым алюминиевым картелем. Члены этого картеля обязаны были ограничивать производство, чтобы поддерживать высокие монопольные цены. Вскоре после гитлеровского переворота мировой алюминиевый картель принял исходившее от американских монополий решение не ограничивать производство алюминия в Германии, обещавшей взамен не выступать со своей продукцией на мировом рынке. В результате к 1939-м году выплавка этого металла в Германии почти сравнялась с выплавкой в США и Канаде вместе взятых(10). Более того, «Алкоа» и «Британская алюминиевая компания» все предвоенные годы снабжали Германию алюминием, сокращая потребление его в своих странах, что с началом второй мировой войны поставило под угрозу срыва английскую и американскую программы самолетостроения из-за острой нехватки алюминия.

Производство магния, имеющего важное военное значение, было монополизировано американской компанией «Дау кемикл». «ИГ Фарбениндустри» и «Алкоа» создали в США общество «Магнезиум дивелопмент компани», с которым «Дау кемикл» заключила соглашение, обязавшись ограничить производство магния в США и вывозить в Германию по более низким ценам 15 % произведённого магния. В результате к 1939-м году производство этого металла в Германии превысило почти в 5 раз его производство в США (соответственно 14 тыс. и 3 тыс. тонн)[11].

Непосредственное участие в подготовке германской агрессии принял и американский трест «Интернейшнл никел траст», дававший 85 % никелевой продукции капиталистического мира. В 1934-м году «Интернейшнл никел траст» заключил соглашение с «ИГ Фарбениндустри», по которому Германия смогла удовлетворить половину своей потребности в никеле. Трест согласился за свой счёт создать значительные запасы никеля в Германии и передал ей продукцию никелевых рудников Петсамо, на которые ему принадлежала концессия.

Таким же образом американские монополии помогали производству в Германии карбид-вольфрама, бериллия и других стратегических материалов, а также некоторых медикаментов, без чего невозможно было подготовить и вести большую войну.

Для успешной подготовки войны гитлеровцы считали крайне необходимым ослабить зависимость Германии от ввоза железной руды. В Германии имелось несколько железорудных месторождений с 20—25-процентным содержанием железа. Разработка таких бедных руд считалась нерентабельной. Тем не менее в 1937-м году на базе этих месторождений началось строительство трех заводов с годовым производством стали в 6 млн. тонн, что составляло одну треть всей выплавки стали в Германии. Официально работы производились концерном «Герман Геринг», но в действительности их выполняла американская фирма промышленника Брассерта, за спиной которого стояли американские стальные монополии(12).

По условиям картельных соглашений американские фирмы должны были информировать своих немецких контрагентов обо всех интересующих их технических новинках. Сведения о производстве в США оборудования для дизель-моторов передавал германской фирме «Роберт Бош» её американский партнер — фирма «Бош корпорейшн». В то же время по соглашению между «Роберт Бош» и американскими, английскими и французскими моторостроительными фирмами последние обещали не применять в выпускаемых ими авиационных моторах новый метод распыления горючего, значительно повышавший коэффициент полезного действия моторов, оставив его монополией германских фирм.

Важную роль в укреплении германского военно-промышленного потенциала сыграло соглашение между американской оптической компанией «Бауш энд Ломб» и немецкой фирмой Цейса об обмене технической информацией. После гитлеровского переворота Цейс стал усиленно интересоваться военным оптическим оборудованием и потребовал, чтобы «Бауш энд Ломб» сообщала ему, какие оптические приборы испытываются и применяются военным ведомством США на судах, самолётах и танках. Это требование было выполнено. «Бауш энд Ломб» услужливо предоставляла Цейсу военные секреты США и лишь стыдливо просила его хранить все это в тайне(13).

Американские фирмы передали германским монополиям также свои патенты на последние изобретения в области авиации. В 1942-м году комиссия сената США вынуждена была признать, что Америка не может «снять с себя ответственность за то, что авиация Гитлера превратилась в угрозу»(14).

Большое значение для вооружения гитлеровской Германии имели прямые американские и английские капиталовложения, направляемые главным образом в отрасли промышленности, имевшие военное значение. Американский сенатор Килгор говорил в 1943-м году:

«Огромные суммы американских денег шли за границу для строительства заводов, которые теперь являются несчастьем для нашего существования и постоянной помехой для наших военных усилий»(15).

Крупные суммы получил прежде всего трест «ИГ Фарбениндустри». Можно согласиться с мнением американского исследователя Сэсюли, что «без «ИГ Фарбениндустри» Гитлер не мог бы затеять войну»(16), но несомненно также и то, что «ИГ Фарбениндустри» — этот гигантский паук, опутавший своей паутиной многие страны мира, — обрёл свое значение при активной помощи и поддержке американских монополий. По данным американской буржуазной экономистки Льюис, прямые капиталовложения американских нефтяных трестов в германскую промышленность уже в 1929 г. составили 35,8 млн. долларов и заняли первое место среди их капиталовложений в европейских странах. В последующие годы значительные дополнительные капиталовложения в германскую нефтепромышленность сделали примыкавшие к группе «Стандард ойл» рокфеллеровские компании «Стандард ойл оф Индиана», «Сокони-вакуум оил» и «Магдебург синдикат», причём капиталовложения только первой из них достигли суммы в 5,5 млн. долларов(17).

Автомобильная промышленность Германии развивалась при содействии двух американских монополий — компаний Форда и «Дженерал моторс». Форд был тесно связан с гитлеровцами, он финансировал фашистскую партию почти со дня её основания. Ещё в 20-х годах им был построен в Германии автосборочный завод, а в 1937 г. в Кельне вступил в строй крупнейший автомобильный завод военных машин, на котором была применена фордовская система интенсификации труда. Компания Форда взяла на себя техническое руководство германским заводом, выпускавшим так называемые «народные автомобили», и вскоре этот завод стал производить машины для армии(18). За заслуги перед «Третьей империей» гитлеровцы наградили Форда высшим германским орденом [железным крестом германского орла], оказав ему «честь», которой редко удостаивался у них иностранец.

«Дженерал моторс», контролировавшаяся Дюпоном и Морганом, в 1929-м году приобрела большую часть акций германской автомобильной фирмы «Опель», а также главный её завод, расположенный в Рюссельгейме, который был затем модернизирован и превратился в первый по мощности автомобильный завод в Западной Европе(19). В 1936-м году компания «Дженерал моторс» построила в Бранденбурге, под Берлином, новый завод производительностью 150 грузовиков в сутки.

За годы гитлеровской диктатуры «Дженерал моторс» получила от эксплуатации германских рабочих 36 млн. долларов прибыли, из которых по меньшей мере 20 млн. было вновь вложено в предприятия, «полностью принадлежавшие или находившиеся под контролем Геринга и других нацистских главарей»(20).

К 1938-му году производство всех автомашин в Германии выросло по сравнению с 1929 г. в 3,5 раза (не считая сборку автомашин из импортных частей)[21]. Около половины всей продукции выпускалось на предприятиях «Опель»(22). По заявлению Шахта, заводы «Опель», принадлежавшие «Дженерал моторс», работали только на войну(23).

Тесные связи банкирского дома Моргана с германскими фашистами были установлены также и через международную телефонно-телеграфную корпорацию «ИТТ», находившуюся под полным контролем Моргана. В 1938-м году «ИТТ» контролировала свыше 40 процентов германской телефонной сети. Корпорация владела несколькими компаниями, которые вместе составляли третий по величине электропромышленный концерн Германии(24). Когда германское министерство авиации, используя опыт боёв в Испании, приступило к массовому производству самолётов «Фокке-Вульф», фирма «Лоренц», контролируемая «ИТТ», скупила 30 процентов акций компании «Фокке-Вульф»(25).

Через фирму «Дженерал электрик» дом Моргана был тесно связан с электропромышленностью Германии. Эта фирма к 1939-му году владела 30 % акций «Альгемайне электрицитет гезельшафт» («АЭГ») — крупнейшего германского электрического концерна с капиталом в 12 млн. марок. Через «АЭГ» фирма «Дженерал электрик» приобрела косвенный контроль над значительной частью электропромышленности Германии, в том числе над электроконцерном Сименса, компанией электроламп «Осрам» и т. д.

Некоторые немецкие фирмы, входившие в «ИТТ», направляли ежегодно на специальный счёт «С» в банке барона Шредера крупные отчисления с прибылей, поступавшие в распоряжение гестапо для проведения «специальных» мероприятий по массовому истреблению населения оккупированных районов, строительства «фабрик смерти», «газенвагенов» («душегубок») и других средств массового уничтожения людей(26).

Американский инженер Эмбастер, досконально изучивший связи американских и германских монополий, в своей книге «Измена миру» приводит список 235 крупных американских фирм, которые особенно тесно были связаны с немецкими монополиями и помогали вооружать Германию. Эмбастер иронически замечает:

«Этот список выглядит как справочник по американской промышленности»(27).

От американских монополий не отставали и английские. Англия занимала второе место после США по капиталовложениям в Германии. Английский химический концерн «Империэл кемикл индастриз» вложил значительные средства в предприятия «ИГ Фарбениндустри». Особенно крупные капиталовложения этот концерн имел в немецком обществе «Динамитверке АГ». Англо-голландский нефтяной трест «Ройял датч шелл», возглавлявшийся ярым врагом Советского Союза Генри Детердингом, финансировал нефтяную и нефтеперерабатывающую промышленность Германии. В 1935-м году этим трестом были созданы в Германии запасы горючего для военно-морского флота и армии, равные по своему объему количеству горючего, использованному Германией за весь 1934-й год. Английские фирмы финансировали также цветную металлургию Германии.

Следует, наконец, остановиться и на непосредственном участии американского и английского капитала в финансировании германской программы вооружений. В настоящее время всё ещё не представляется возможным точно определить, какая часть средств, израсходованных гитлеровцами на подготовку к войне, была покрыта за счёт американских и английских кредитов и займов. Известно только, что за время реализации плана Дауэса (1924—1929 гг.) приток иностранного капитала в Германию составил более 10—15 млрд. марок долгосрочных и свыше 6 млрд. марок краткосрочных вложений. Ведущее место принадлежало здесь американским банкам, предоставившим не менее 70 процентов суммы всех долгосрочных займов(28).

По имеющимся данным можно установить — да и то весьма приблизительно — лишь каналы, через которые перекачивались доллары и фунты стерлингов в кассы германского казначейства и германских монополий, а также главные источники финансирования американскими и английскими империалистами германской программы вооружений.

При активном содействии американских и английских империалистов Германия ещё до прихода гитлеровцев к власти была освобождена от репарационных платежей. Однако отмена репарационных платежей ничего не дала немецкому народу, от этого лишь выиграл ненасытный германский милитаризм, вынашивавший планы реванша.

Американо-английские империалисты предоставили Германии за годы фашистской диктатуры новые займы и кредиты, хотя их общий размер был ограничен экономическим кризисом, поразившим капиталистический мир. Американские капиталы шли в германский «рейх» не из государственной казны, а из сейфов банкиров и промышленников. Предоставление гитлеровцам правительственных займов натолкнулось бы на серьёзное противодействие общественного мнения. Поэтому финансирование германской программы вооружений американским монополиям пришлось взять непосредственно на себя, не прибегая к помощи государственного аппарата и используя для этого скрытые каналы.

Одним из таких каналов являлись филиалы немецких фирм в США, картельные и патентные соглашения американских и германских монополий. Известно, например, что среди многочисленных операций «ИГ Америкэн»— дочерней фирмы «ИГ Фарбениндустри» — не последнее место занимали переводы крупных сумм в адрес фирмы-«матери».

На основании многочисленных картельных и патентных обязательств по американо-германским и англо-германским соглашениям немецким предпринимателям выплачивались крупные суммы в виде отчислений от прибылей американских и английских фирм.

Германские монополии имели свои счета в американских банках и могли предпринимать крупные операции по закупке необходимого стратегического сырья, расширять коммерческие связи в США и, наконец, переводить через свои филиалы большие суммы в Германию.

Огромные средства переправлялись в германскую промышленность через банки семейства Шредеров. Лондонский банк Шредера действовал через банк в Кёльне, во главе которого стоял барон Курт Шредер, известный как «банкир эсэсовцев». Банки шредеровской династии имелись и в США. Интересы нью-йоркского банка Шредера защищала адвокатская фирма «Салливэн энд Кромвэл», возглавлявшаяся братьями Джоном Фостером и Алленом Даллесами. Аллен Даллес был длительное время директором банка Шредера в Нью-Йорке. В октябре 1944 г. сенатор из Флориды Клод Пеппер заявил, что Джон Фостер Даллес — один из тех, кто помог Гитлеру прийти к власти, «ибо именно через фирму Даллес и банковскую корпорацию Шредера Гитлер получал деньги, необходимые ему для начала своей карьеры международного бандита»(29).

Джон Фостер Даллес сыграл большую роль и в восстановлении германского военного потенциала. Располагая широкими связями с крупными американскими концернами, он содействовал предоставлению ими экономической, финансовой и технической помощи германской тяжелой промышленности и военной индустрии. Его роль сказалась в той деятельности «Интернейшнл никел траст», «Дженерал моторс» и других промышленных объединений, которая способствовала усилению германской военной мощи.

Главным каналом, через который финансировались германские вооружения начиная с 1930-го года, был Банк международных расчётов, находившийся в Базеле (Швейцария). Официальное его назначение состояло в том, чтобы получать и распределять германские репарации. С отменой репараций этот банк не только не был упразднён, но даже расширил свою деятельность. Его главная задача сводилась теперь к тому, чтобы перекачивать иностранные капиталы в германскую экономику. В правлении этого банка совместно заседали Шахт, которого позднее заменил гитлеровский министр хозяйства Вальтер Функ, банкир Курт Шредер, председатель «ИГ Фарбениндустри» Герман Шмитц и американские банкиры Фрейзер и Томас Маккитрик, представлявший крупнейшие банки США «Нейшнл сити» и «Чейз нейшнл». Через Банк международных расчетов мировая реакция финансировала в 30-е годы военные приготовления фашистской Германии. Немецкий историк Альберт Норден совершенно справедливо отмечал, что Банк международных расчётов был одним «из самых действенных орудий профашистской политики международного финансового капитала»(30).

Миллиарды долларов вложили американские и английские монополии в вооружения фашистской Германии. Империалисты США, как истые дельцы, не сомневались, что это самое выгодное для них предприятие, которое с лихвой окупится и принесёт им колоссальные военные прибыли, а затем после обоюдного ослабления Германии и Советского Союза — и мировое господство.

Экономические связи американских и английских монополий с немецкими, решающая роль американского капитала в восстановлении сил германского империализма и милитаризма явились экономической основой пресловутой политики «невмешательства» и «умиротворения» гитлеровской Германии. Эта подстрекательская политика сделалась официальной политикой правительств США и Великобритании, рассчитывавших, что Германия, опираясь на дружественную поддержку Запада, будет воевать только на Востоке, только против Советского Союза.

Правящие круги США и Англии вполне отдавали себе отчет в том, для чего они способствовали вооружению Германии. Они хорошо знали, что речь идёт о новой мировой войне. Но они верили германским руководителям, что эта война будет направлена только против СССР, что Германия будто бы не собирается воевать на Западе. Многие политические деятели США и Англии превозносили мнимое миролюбие Германии в отношении западных стран. Один из патриархов антисоветской политики Ллойд-Джордж говорил, что германские фашисты «не имеют желания вторгнуться в чью-либо страну... Стремление установить немецкую гегемонию в Европе, что являлось целью и мечтой старого довоенного германского милитаризма, исчезло ныне с национал-социалистского горизонта»(31). Германские руководители с восторгом встречали подобные речи, свидетельствовавшие о том, что политические деятели западных государств поддаются обману, принимая за чистую монету гитлеровские заверения. История показала истинную цену этих заверений.

Источники:

1–В. И. Ленин. Сочинения, 4-е изд. Том 22, стр. 241.

2–Н. Schacht. Meine Abrechnung mit Hitler, S. 22.

3–Paul Einzig. World Finance, 1938—1939. London, 1939. Pages 119—120.

4–См. «Советская торговля», 1934, № 3, стр. 105.

5–См. «The Economist», May 20, 1939.

6–См. Guenter Reimann. Patents for Hitler. New York, 1942. Pages 51—52.

7–Cм. «The New York Times», October 9, 1945.

8–См. H. Ambruster, Treason's Peace New York, 1947. Page 54.

9–P. Сэсюли. «ИГ Фарбениндустри». М.: Изд-во иностранной литературы, 1948. Стр 111.

10–См. Statistical Yearbook 1948 United Nations, New York, 1949. Page 246.

11–См. там же, стр. 244.

12–См. Norbert Mühlen. Hitler's Magician: Schacht. London, 1939. Pages 190—191.

13–См. Economic and Political Aspects of International Cartels. A Study Made for the Subcommittee on War Mobilization of the Committee on Military Affairs. U. S. Senate, Washington, 1944. Page 57.

14–Гершл Д. Мейер. Неизбежна ли гибель Америки? М.: Изд-во иностранной литературы, 1950. Стр. 39.

15–Congressional Record. Vol. 89, pt. 7. Washington, 1943, p. 9015.

16–P. Сэсюли. «ИГ Фарбениндустри», стр. 42.

17–См. С. Lewis. America's Stake in International Investments Washington, 1938, page 188.

18–Cм. J. Tenenbaum. American Investments and Business Interests in Germany New York, page 11.

19–См. там же, стр. 12.

20–Congressional Record. Vol. 88, pt. 10. Washington, 1943, p. A—3135.

21–По данным ЦСУ СССР. См. ИМЛ. Документы и материалы Отдела истории Великой Отечественной войны, инв. № 8871, л. 4.

22–См. «League of Nations Monthly Bulletin of Statistics», 1939, № 10.

23–См. А. Норден. Уроки германской истории, стр. 174.

24–См. Джеймс Мартин, Братство бизнеса. М.: Изд-во иностранной литературы, 1951. Стр. 255

25–См. А. Норден. Уроки германской истории, стр. 186.

26–См. Д. Мартин. Братство бизнеса, стр. 256.

27–Н. Ambruster. Treason's Peace, page 68.

28–См. Фальсификаторы истории (Историческая справка). М.: Госполитиздат, 1948. Стр. 9.

29–Гершл Д. Mейер. Неизбежна ли гибель Америки? Стр. 38.

30–А. Норден. Уроки германской истории, стр. 199.

31–См. Schulthess,Europaischer Geschichtskalender. Neue Folge. Zweiundfünfzigster Jahrgang 1936. München, 1936. S. 115.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх