Похищение трупов: Преступление во имя прогресса

Анатом 16-го века Андреас Везалий. | Фото: atlasobscura.com.


Если человеческая жизнь представляет собой высшую ценность, то какова ценность тела, лишенного души? В большинстве религий и культур мертвые тела являются табу. Ритуалы и обряды в их отношении отличаются, но похороны рассматриваются как завершение пути усопшего. И трупу должно быть оказано определенное уважение. Но в течение сотен лет врачи-анатомы и студенты-медики боролись против этого табу из-за их потребности в научных исследованиях.

И очень часто эта борьба принимала уродливые формы.

Рисунок скелета, сделанный Леонардо да Винчи. | Фото: ru.wikipedia.org.

Рисунок скелета, сделанный Леонардо да Винчи. | Фото: ru.wikipedia.org.


Вскрытие трупов для научных целей известно уже более двух тысяч лет, хотя религия и нормы морали всячески этому препятствовали. Но медицина не могла стоять на месте. Официальные религии, христианство и ислам, запрещали подобные манипуляции. Но ситуация изменилась в эпоху Возрождения. Леонардо да Винчи, увлекшийся человеческим телом с точки зрения художника, сделал крупный вклад и в развитие науки.

Анатомическая лекция в Лейденском университете, Нидерланды, начало 17-го века. | Фото: atlasobscura.com.

Анатомическая лекция в Лейденском университете, Нидерланды, начало 17-го века. | Фото: atlasobscura.com.


В то же время в Италии получают распространение вскрытия, доступные широкой публике. В Падуе и Болонье на такое мероприятие мог зайти любой, купивший билет. Со слов современников, итальянские студенты 15-го века чувствовала себя виноватыми, принимая участие в осквернении человеческого тела во имя научного прогресса. Под руководством профессора, они анатомировали тела и представляли органы публике.

Картина Рембрандта «Урок анатомии доктора Тюльпа» (1632). | Фото: atlasobscura.com.

Картина Рембрандта «Урок анатомии доктора Тюльпа» (1632). | Фото: atlasobscura.com.


Для этих мероприятий использовались тела казненных преступников, а проводились они во время праздника Карнавала – за неделю перед Постом. Часто на вскрытие приглашались бродячие актеры, а зрители приходили в масках. В конце 16-го века такие маскарады прекратились. Вскрытия теперь проводились только для врачей и студентов.

Грабители могил в Шотландии. Трупы крались из могил и продавались для лекций по анатомии. | Фото: atlasobscura.com.

Грабители могил в Шотландии. Трупы крались из могил и продавались для лекций по анатомии. | Фото: atlasobscura.com.


Так как тел преступников медикам часто не хватало, в Великобритании 17-19 вв. существовала «профессия» похитителей трупов. Благодаря юридическим уловкам, эти люди безнаказанно крали тела с кладбищ и продавали их в университеты, больницы, учебные центры.

Мортсейфы на кладбище в Шотландии. | Фото: ru.wikipedia.org.

Мортсейфы на кладбище в Шотландии. | Фото: ru.wikipedia.org.


Для защиты от них стали применяться мортсейфы – различные приспособления, задачей которых было не допустить кражи тела. Обычно это были тяжелые металлические клети или каменные плиты, ставившиеся над свежими могилами на шесть недель. За это время труп портился и грабители теряли к нему интерес.

Студенты-медики играют в карты с «курящим» трупом, ок. 1890 г. | Фото: researchgate.net.

Студенты-медики играют в карты с «курящим» трупом, ок. 1890 г. | Фото: researchgate.net.


Большой резонанс получили события 1832 г. в шотландском Эдинбурге. Двое ирландцев, продававших трупы университетскому хирургу, совершили серию из 16 убийств. Они душили людей и затем продавали тела, зарабатывая от 7 до 10 фунтов стерлингов.

Секционный зал, ок. 1900 г. | Фото: atlasobscura.com.

Секционный зал, ок. 1900 г. | Фото: atlasobscura.com.


Современные студенты-медики, как и сто лет назад, не стесняются делать на память фотографии с трупами в моргах и анатомических залах.

Источник ➝

Скандинавы среди первопоселенцев Новгорода по данным археологии

Статья посвящена проблеме культурной и этнической характеристики первопоселенцев Новгорода и определению места скандинавов в жизни ранней городской общины. Дается критический обзор предшествующей историографии. Новое обращение к музейным коллекциям позволило увеличить количество скандинавских древностей и категорий находок из раннего культурного слоя, в то время как славянский компонент материальной культуры остается трудноуловимым. Скандинавы определенно присутствовали среди основателей первых усадеб города в 930–950-х гг.

Распределение скандинавских артефактов на городской территории предполагает свободное расселение
выходцев с севера и их престижные позиции в социальной топографии. Упомянутый в летописи «двор Поромонь» не может считаться местом компактного проживания варягов. Новгородские скандинавы однозначно сопоставимы с летописными варягами и отличались от руси как этносоциальной группы в Среднем Поднепровье, связанной с Рюриковичами. Закат скандинавского присутствия в Новгороде был обусловлен прекращением выплаты варяжской дани после смерти Ярослава Мудрого и находит отражение в данных археологии. Традиция российской науки недооценивать скандинавское присутствие в раннем Новгороде берет свои истоки в самоцензуре сталинской эпохи, превращаясь со временем в явление научной инерции.

Скандинавы среди первопоселенцев Новгорода по данным археологии..pdf

3.9 МБ

Этническое происхождение норманнов заселивших Исландию

Если грабительские маршруты датских викингов проходили через Северное море на за­пад и юго-запад, преимущественно к восточным берегам Англии, северным и западным берегам Франции и Испании, то норвежские викинги за два дня на драккарах под парусом с попутными ветрами достигали на западе Шетландских островов, на третий день — Оркнейских и Гебридских, а за четыре — пролива Минч между Шотландией и Гебридами. Отсюда далее через Ирландское море они попадали к берегам Франции и Испании, а уж затем, вместе с датскими викингами — в Средиземноморье, где в опасности от них оказывались на побережье поселения не только в западной части моря, но и в Адриатике, и в Эгейском море, и на Ближнем Востоке.

А с июля по октябрь ветры дуют обратно, от пролива Минч к западной Норвегии, и этим путем с награбленным добром норвежские викинги возвращались на родину.

В походе его участники накапливали информацию не только о землях, на какие нападали, но и о других, еще не достигнутых, о которых узнавали от захваченного в плен населения. Никакой государственности в Норвегии еще не существовало, когда к концу VIII в. ее викинги освоили упомянутый выше первый дальний и очень удобный для грабежей маршрут. Тотчас же, по следам первых набегов в 790-е годы начались захват и колониза­ция семьями норманнов Шетландских, Оркнейских и Гебридских островов, населенных кельтами.

Узнав на этих островах о расположенных севернее Фарерских островах, норманны с 825 г. колонизировали и этот архипелаг, на котором дотоле жили лишь ирландские монахи. Заселение архипелага норманнами, как и единовременные захваты дружи­нами викингов острова Мэн в Ирландском море, западного берега Шотландии, а с 840 г. — восточного и юго-восточного берегов острова Ирландия, происходило по крайней мере отчасти с первых трех колонизированных архипелагов, возможно, с участием в рядах норманнов потомков смешанных скандинавско-кельтских браков.

После случайного открытия около 867 — 869 гг. острова, названного впоследствии Исландией, уже в 874 г. туда прибыли из Норвегии на постоянное жительство две первые семейные общины. Замеча­тельный памятник начального этапа истории Исландии — «Книга о заселении Исландии» называет поименно четыре сотни важнейших коло­нистов, а в поименных указателях к современным изданиям «Саг об исландцах» названо 7 тыс. первопоселенцев, и, благодаря этому, можно определить, откуда географически и кто этнически эти люди.

Более 82 % из них прибыло из Норвегии, преимущественно из Западной, но немного из Восточной, до 5 % из Швеции и Дании, более 12 % с островов промежуточной колонизации в Северной Атлантике, в том числе с Фарерских островов. Обратим внимание на то, что с островов Северной Атлантики и из собственно Скандинавии семейные общины скандинавов прибывали с зависимыми людьми, которыми были как земляки, так и рабы кельтского, а также славянского происхождения.

К 930 г. на всех лучших землях, да и вообще всюду по побе­режью острова Исландия «стояло несколько тысяч хуторов, насе­ленных 15—20 тысячами переселенцев» . В 930 г. состоялся пер­вый альтинг — всенародное вече Исландии. В этом новом об­ществе, выходцы из которого в последней четверти IX в. начали колонизацию Гренландии, древний скандинавский язык стал единственным языком общения, хотя и с элементами лексики, заимствованной из ирландского.

Итак, поиск пастбищ для домашнего скота и спасение от ста­новящейся непосильной кровной мести на родине или промежуточ­ной родине на островах Северной Атлантики заставляли норманнов уплывать в Исландию. Бежала не беднота от эксплуататоров. В тех группах, которые покидали насиженные места, сохранялась вся структура общества, те же общественные отношения, традиции обычного права: уплывали семейными общинами с их главами, домочадцами, зависимыми людьми и рабами-ненорманнами. И даже столетие спустя, когда все удобные пастбища были поде­лены, продолжалось переселение в Исландию. Причем колонисты стали именовать себя исландцами (и так их стали именовать на их былой родине) в отличие от временных приезжих (например, с торговыми целями или в гости к родственникам), которых именовали теперь новым этнонимом — эстманны, т. е. «восточные люди», или норвежцы.

По материалам: Анохин Г.И. К этнической истории гренландских норманнов.

Картина дня

))}
Loading...
наверх