Свежие комментарии

  • Александр
    Вы в курсе,что Киевская Русь-чисто историогрфическое понятие из 19 века?Варяжские имена п...
  • Александр
    Я думал,что альтернативная история только в России популярна. У нас многовато этих фриков развелось Оказывается,нет.Варяжские имена п...
  • Владимир Ломакин
    Спасибо за грамотный и развёрнутый ответ.Варяжские имена п...

МАРИЙЦЫ В РУССКО-КАЗАНСКИХ ВОЙНАХ 1460-х ГОДОВ

МАРИЙЦЫ В РУССКО-КАЗАНСКИХ ВОЙНАХ 1460-х ГОДОВ

С.К. Свечников. МАРИЙЦЫ В РУССКО-КАЗАНСКИХ ВОЙНАХ 1460-х ГОДОВ //РЕГИОНЫ РОССИИ В ВОЕННОЙ ИСТОРИИ СТРАНЫ Материалы Межрегиональной научно-практической конференции, г. Йошкар-Ола, 20–21 ноября 2019 года

Аннотация. Статья посвящена участию марийцев в русско-казанских войнах 1461–1462 и 1467–1469 гг. Про анализированы причины, характер, ход и результаты войн, приведших к установлению даннической зависимости Казанского ханства от Московской Руси в 1469 г.

Ключевые слова: марийцы, черемисы, восточные марийцы, казанские татары, Казанское ханство, Московское великое княжество, восточные окраины, Иван III, Ибрагим.

В 1440–1450-х гг. великому князю московскому Василию II Васильевичу Темному (1425–1462) удалось одержать победу над галичскими удельными князьями, а также подчинить Новгородскую республику, Можайское и Нижегородско-Суздальское княжества, Вятскую землю, часть Поветлужья [5, с. 176–178; 7, с. 160–187]. В то же время внутренне укреплялось и Казанское ханство, образовавшееся в 1430–1440-х гг. в северо-западной части Золотой Орды. Казань стала центром притяжения не только народов Среднего Поволжья («начя збиратися в Казань срачини и черемиса, развие по улусам казанским»), но и других частей распадавшейся Золотой Орды («начаша збиратися ко царю мнози варвары от различных стран: от Златыя Орды, от Асторохани, и от Азова и от Крыма») [8, с.

53]. После военных действий 1437–1447 гг., в ходе которых великий князь Василий II в 1445 г. попал в плен к хану Улуг-Мухаммеду и был отпущен на свободу после выплаты огромного выкупа, между Казанью и Москвой поддерживались мирные взаимоотношения, не прерывавшиеся почти 15 лет.

В 1461 г. великий князь Василий II возглавил поход на Казань, однако тогда война не началась, так как во Владимир «придоша послы ис Казани, и взяша мир» [13,с. 114; 18, с. 277; 21, с. 116]. Вступивший на престол 17 марта 1462 г. Иван III в первые же дни своего правления отправил своих воевод Бориса Кожанова и Бориса Слепогона на черемисские земли. К великокняжескому войску присоединились вологжане, галичане и устюжане. Русская судовая рать совершила поход «мимо Устюга к Вятке, а по Вятке вниз, а по Каме вверх в Великую Пермь» [22, с. 46, 90]. Марийцы вместе с татарами совершили ответное нападение: «Рать черемисская с тотары казаньскими приходили на Устюжъскии уезд, на верх Югу реки, на волость на Лоху, повоивали, в полон повели много руских голов. А устюжане ходили за ними в погоню; сугнав их, побили всех, а полон назад отполонили весь» [22, с. 90]. В результате войны 1461– 1462 гг. Мос ква добилась небольшого перевеса в противостоянии с Казанью и, в принципе, уже была способна приступить к решению задачи покорения Казанского ханства. Для этого требовалось ослабить главных союзников казанского хана – марийцев, к чему, собственно, и приступил Иван III в самом начале своего правления.

Поводом для нового русско-казанского конфликта послужил вопрос о престолонаследии. В середине 60-х гг. XV в. казанским ханом стал Ибрагим, сын Махмуда. Часть казанской знати, возглавляемая князем Абдулой-Мумином, пригласила к себе другого претендента – царевича Касыма (брата Махмуда), вассала великого князя московского. Иван III решил использовать этот династический спор для подчинения Казани [3, с. 32–33; 5, с. 180; 6, с. 13–14; 23, с. 106– 109]. Осенью 1467 г. конное войско во главе с царевичем Касимом и воеводой Иваном Васильевичем Стригой-Оболенским, пройдя по

правому берегу Волги, попыталось в районе устья Свияги переправиться на противоположную сторону реки. Здесь располагалась небольшая флотилия казанских татар. Русские попытались захватить суда, чтобы переправиться на левый берег, но татары, услышав громкий боевой клич великокняжеского постельничего Айдара Карпова, поспешно уплыли. Русским пришлось повернуть назад, так как судовая рать сильно отстала от конницы, а съестные припасы закон чились. К тому же на левом берегу Волги их поджидало большое войско, собранное ханом Ибрагимом. В ходе своего отступления русские войска столкнулись с враждебными действиями со стороны населения Горной стороны Казан ского ханства, прятавшего свои припасы от неприятеля. Воинам приходилось страдать от голода и холода, многие даже побросали по пути свои доспехи.

Казанцы ответили нападением на Галичское Заволжье, не добившись, правда, особых успехов: «И татари казанстии по отходе их, часа того поидоша изгоном к Галичю и мало нечто полону взяша, а градом и весем ничтоже успеша; все бо бяше в осаде во граде». Иван III предусмотрел такой ход событий: он заблаговременно перед походом Касима укрепил оборонительные рубежи − «разослал по градом заставы, в Муром и в Новъгород Нижней, на Кострому и в Галичь» [10, с. 137–141; 11, с. 187; 12, с. 152; 13, с. 118; 15, с. 217; 17, с. 186–187; 18, с. 279; 19, с. 222–223].

Зимой 1467/68 гг. была предпринята попытка разгрома основных союзников Казани – марийцев. С этой целью было осуществлено два похода «на черемису». Крупный отряд, который состоял из отборных войск («двора князя великого полки»), обрушился на левобережных марийцев. 6 января 1468 г. «рать великого князя прииде в землю Черемисскую, и многа зла учиниша земли той: люди изсекоша, а иных в плен поведоша, а иных изожгоша; а кони их и всякую животину, чего нелзе с собою имати, то все изсекоша; а что было живота их, то все взяша, и повоевавше всю землю ту досталь пожгоша». Русские войска проникли довольно глубоко в марийские земли, не дойдя до Казани на расстояние лишь в один день пути.

Вторая группа, куда входили воины, набранные в муромской и нижегородской землях, в это же время «повоеваша горы и бараты» правобережья и прилегающей части левобережья Волги. Казанцы в ответ на это совершили нападения на окраинные русские земли. Ранней весной 1468 г. марийско-татарские войска разорили Устюжский уезд, сожгли городок Кичменгу «с людми». Второй отряд напал на две костромские волости в бассейне Унжи, «множество полону взяша, а иных изсекоша». Третья крупная группировка войск в апреле 1468 г. совершила набег на окрестности Мурома. Летом 1468 г. было совершено повторное нападение на муромские места, однако находившийся в Муроме князь Данило Дмитриевич Холмский нанес казанцам поражение и освободил пленных. Татары, пустившиеся в бегство, спешились со своих коней и скрылись в густом лесу [11, с. 187–188; 12, с. 153; 13. с. 118–119; 15, с. 218; 17,с. 187; 18, с. 279–280; 21, с. 118, 286; 22, с. 91, 114].

Рассматриваемые военные действия обеими сторонами производились прежде всего с целью устрашения против ника, они в основном свелись к грабежам, массовому истреблению, уводу в плен мирного населения. И все жепервоочередная задача Ивана III – обескровливание и ослабление марийцев как главных союзников Казани – в основном была достигнута. Летом 1468 г. русские войска возобновили нападения, переместив на этот раз свои действия в центральные и вос точные районы Казанского ханства. На Каму было направлено войско во главе с воеводой Иваном Дмитриевичем Руно, к великокняжескому отряду по пути присоединились волог жане, галичане, устюжане и вятчане.

Однако ратники из Вятки, узнав, что казанские войска двинулись на оставшийся без прикрытия Хлынов, вернулись для защиты своего города. С Иваном Руном отправились в поход 300 вятчан. Казанцы, осадившие Хлынов, вынудили Вятскую землю признать свою данническую зависимость от хана и объявить нейтралитет в русско-казанской войне: «Не помогати ни царю на великого князя, ни князю великому на царя». Между тем судовая рать Ивана Руно, «повоеваша черемису на Вятке реце», разграбила селения и торговые суда на Нижней Каме, затем поднялась вверх до реки Белой («Белая Воложка»), где русские «черемису повоевали, а люди изсекоша и кони и всякую животину». Узнав о том, что вверх по Каме движется на взятых у марийцев судах отряд татарских воинов в 200 человек во главе с Тулазием, русские на семи насадах (плоскодонных, беспалубных парусно-гребных суднах с высокими набитыми бортами) устремились за ними в погоню, догнали и разгромили их, потеряв при этом только 2 убитых и 60 раненых. Затем Иван Руно повел свою рать «на Великую Пермь да к Устюгу» и далее в Москву [11, с. 188; 12, с. 153–154; 13, с. 119–120; 15, с. 218–219; 16, с. 279, 18, с. 280–281; 17, с. 187; 19, с. 224; 21, с. 118, 287; 22, с. 91].

Следует обратить внимание, что здесь мы имеем дело с первым письменным упоминанием о восточных марийцах. Марийское населения на реке Белой могло появиться еще в конце XIV в. Переселение марийцев в этом направлении было обусловлено целым рядом событий и процессов, произошедших в Среднем Поволжье во второй половине XIV в. и получивших свое дальнейшее развитие в первой половине XV в.: 1) опустошительные набеги ушкуйников (нов городских и вятских речных пиратов), 2) походы русских князей на Булгарию (они стали регулярными с 1370-х гг.), 3) нападения золотоордынских феодалов на Булгарию в период междоусобных войн 1359–1380 гг. («Великой замятни»), нашествие Тимура (Тамерлана) в 1390-е гг., 4) как следствие, массовое переселение булгар из Нижнего Прикамья на север и запад − в земли, в основном населенные марийцами, 5) круп номасштабные стихийные бедствия в конце XIV – начале XV в. (эпидемия чумы, голод, засуха и т.д.). Основная масса марийских переселенцев устремилась в глухие лесные районы Ветлужско-Вятского междуречья [24, с. 44–47]; вверх по Каме и по Белой, скорее всего, поднимались лишь отдельные небольшие группы марийцев, преимущественно с низовьев Вятки и Камы. Одновременно с отрядом Ивана Руна еще одно русское войско («застава великого князя»), возглавляемое князем Федором Семеновичем Хрипуном-Ряполовским, действовало на Волге. 4 июня 1468 г. около устья Свиягина Звенич Бору оно «побиша татар казаньских, двор царев, многых добрых», при этом убив татарского богатыря Колупая и захватив в плен князя Хозюм-Бердея [12, с. 154; 13, с. 120; 15, с. 219; 18, с. 281; 19, с. 225; 21, с. 287].

Решив, что настало время для генерального наступления на Казань, Иван III весной 1469 г. отправил значительные силы по Волге, Вятке и Каме. При этом возлагались большие надежды на фактор внезапности. Однако вятчане отказались участвовать в этом походе, обосновав свой отказ договором с казанским ханом. Затянувшиеся переговоры между мос ковскими воеводами и вятчанами позволили казанскому послу в Хлынове предупредить хана Ибрагима о начавшемся вторжении русских войск. Иван III, полагая, что время уже проиграно и что без вятчан не удастся захватить Казань, дал приказ главному воеводе Константину Александровичу Беззубцеву, находившемуся в Нижнем Новгороде, отменить поход и отправить лишь небольшую группу добровольцев «воевати казанские места по обе стороны Волги», но при этом не приближаться к самой Казани. Добровольцы выбрали своим руководителем опытного Ивана Руна. Стремительный бросок (за трое суток) русских войск из Нижнего Новгорода до окрестностей Казани был для того времени беспримерным. Неожиданное появление русских ранним утром 21 мая застало врасплох жителей казанского посада. Началось истребление практически безоружного населения, пытавшиеся укрыться в своих домах погибли в пожаре, при этом было освобождено множество полоняников. Штурмовать казанскую крепость небольшой русский отряд вполне оправданно не рискнул. Отряд Ивана Руно укрепился на острове Коровнич около Казани. Вскоре русские узнали, что хан Ибрагим собрал в Казани со всех концов страны огромное войско: «…до полна собрался на них царь казанской Обреим со всею землею своею, с Камскою и с Сыплинскою и с Костяцьскою и з Беловоложскою и Вотятъцкою и з Башкирьскою…». Очевидно, в этом войске были и марийцы, в том числе беловоложские (восточные). После семинедельного противостояния русские отступили, отбиваясь от атак казанской судовой рати и конницы. Через некоторое время – со значительным опозданием – близ Казани появилась северная русская судовая рать, которая спустилась вниз по Вятке и Каме и вышла на Волгу. Понеся значительные потери, ей удалось пробиться через мощный заслон, устроенный казанцами, и прибыть на соединение с остальными войсками в Нижний Новгород.

1 сентября 1469 г. объединенные силы русских во главе с братьями Ивана III Юрием и Андреем снова появились под стенами Казани. Присутствие в московском войске «царевича Касымова сына» Данияра, по всей видмости, означало, что в случае успеха русские рассчитывали посадить на ханский престол вассала Ивана III. Передовой русский отряд атаковал и сжег казанский посад, но был отброшен в результате вылазки защитников города. После того как осаждающие русские войска возвели острог и обезводили Казань, хан Ибрагим согласился заключить мир «на всей воли великого князя и на воевоцкой», выдал весь русский полон, приобретенный за истекшие 40 лет, и выплатил дань, но при этом сохранил свою власть [11, с. 189–190; 12, с. 155–158; 13, с. 120–123; 14, стб. 497; 15, с. 220–222; 16, с. 279–281; 17, с. 188; 18, с. 281–283; 19, с. 225–228; 20, с. 126–128; 21, с. 119–120, 142, 288–289; 22, с. 91–92, 114]. На этом крупномасштабные военные действия между Москвой и Казанью прекратились. Они возобновились лишь 9 лет спустя в 1478 г.

Трудно согласиться с мнением Ю.Г. Алексеева, К.В. Базилевича, А.Г. Бахтина, В.А. Волкова, Д.А. Котлярова, что проявившееся уже в 1467–1469 гг. стремление Московского великого княжества установить протекторат над Казанью было продиктовано исключительно задачами обеспечения безопасности восточных рубежей страны, «укрепления вос точного стратегического направления» [2, с. 93–95; 88 4, с. 57; 5, с. 194–196; 6, с. 9–11; 9, с. 112]. Серьезно усомниться в этом позволяют следующие обстоятельства:

1) накануне войны 1467−1469 гг., судя по имеющимся сведениям, не было ни одного вторжения казанских вооруженных отрядов в пределы Московской Руси; поводом для вторжения русских войск в 1467 г. и начала русско-казанской войны явилась попытка возведения на ханский престол московского ставленника, а отнюдь не какой-нибудь татаро-марийский набег; необходимо отметить, что война 1461‒1462 гг. тоже была начата Иваном III в условиях стабильно мирных и добрососедских отношений с Казанью;

2) с самого начала и до конца вооруженного конфликта 1467–

1469 гг. стратегическая инициатива принадлежала московским войскам, Казань, в свою очередь, оборонялась всеми доступными способами (включая ответные нападения на русские земли);

3) война охватила практически всю территорию Казанского ханства, в том числе и саму Казань, в то время как менее значительные по своим масштабам казанские набеги задели лишь восточные окраины Московского великого княжества; это было обусловлено тем, что Казанское ханство в военно-политическом отношении было слабее Московского госу дарства.

Война с Казанью в качестве оборонительной могла рассматриваться вятчанами, галичанами, нижегородцами, устюжанами, то есть русским населением тех земель, которые примыкали к границам Казанского ханства и иногдаподвергались татаро-марийским набегам. Но надо при этом учитывать, что все эти набеги были спровоцированы агрессивными действиями великого князя московского. Иван III руководствовался, в первую очередь, своими великодержавными устремлениями, отчетливо проявлявшимися на протяжении всего периода его правления. Между тем противниками агрессивной внешней политики Ивана III по отношению к Казанскому ханству были даже ближайшие родственники великого князя − братья Юрий и Андрей Васильевичи, а также их мать, вдова Василия II Мария Ярославна. На основе герменевтического анализа текстов русских летописей А.В. Аксанов пришел к заключению, что «братья великого князя были вынуждены участвовать в конфликте, который не сулил им выгоды. Война с Казанью была направлена на расширение политического влияния Москвы. Для Юрия Васильевича и Андрея Большого усиление Москвы представлялось опасным: данный процесс ставил под угрозу существование удельных княжеств» [1, с. 81].

Со стороны Москвы необходимость наступления на Казанское ханство была обусловлена следующими причинами:

1) устранение препятствий для продолжения объединения русских земель: Казань стремилась контролировать Вятскую землю и Пермь Великую, на которые, в принципе, она имела столько же прав, что и Москва, поскольку эти области были полиэтничными;

2) установление господства в Среднем Поволжье, покорение Казанского ханства на условиях протектората с последующей постепенной интеграцией данной территории по образцу Касимовского ханства;

3) предотвращение опасности набегов казанских татар и черемисов, то есть решение проблемы безопасности восточных окраин Московской Руси.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх