Н. Т. Абдимомынов. Кипчакский фактор в истории Золотой Орды и Египта.

В истории тюркских народов видное место занимает многоплеменной кипчако-кумано-половецкий союз, прославившийся под именем кипчаков и давший степи от Алтая до Дуная имя Дешти-Кипчак. В отечественной и зарубежной историографии далеко не всегда присутствуют понимание необходимости разработки проблемы соотношения этнонима и одноименного этноса "кипчак" во времени и пространстве. Между тем изучение данной актуальной проблемы в диахронном срезе прежде всего важно для выяснения сложного процесса этнической истории кипчаков.

Устойчивость названия "кипчак" на протяжении веков не означала стабильности самой этнической общности. В этом смысле этноним "кипчак" следует рассматривать в двух значениях: в узком, этническом, применительно к племени, племенному союзу, и в широком, этнополитическом, для обозначения покоренных и присоединенных племенных группировок в составе созданного ими социально-политического образования. Один и тот же этноним "кипчак" обозначал различное состояние племенного организма, этноса (племя, ядро племенной конфедерации, союз племен, народность)1.

Кипчаки сыграли важную роль в истории народов Евразийского материка в XI-XV вв. Они принимали активное участие во всех крупных событиях мирового значения, происходивших на широких просторах от Балканского полуострова до Китая, от Египта и Индии до Руси и Сибири. В Византии и Венгрии их называли команами, а в Руси - половцами, в тюркоязычной среде - кипчаками. В эпоху средневековья этот народ не только был известен всему цивилизационному человечеству, но и, благодаря своей особой исторической активности, оставил след в этногенезе и культуре всех народов, взаимодействовавших между собой в центре Евразии2. Представителей этого могущественного союза, вследствие известной исторической экстраполяции, позже, всех вместе наименовали еще и татарами. Язык господствовавших вплоть до Египта кипчаков-куманов-половцев в XI-XVII вв. зафиксирован не только глоссариями арабских, персидских, греческих, латинских, древнерусских и иных памятников, но и кипчакскими реликвиями3.

В 20 - 30-е годы XIII в. для кипчаков самыми могущественными и опасными врагами были монголы. С началом монгольского нашествия на Среднюю Азию и Восточную Европу, как и другие этносы кипчаки также включились в борьбу с монгольскими завоевателями. Кипчаки сыграли основную роль в отюречивании вторгшихся в Дешти-Кипчак монгольских полчищ. [153]

До нашествия монголов племенной состав кипчаков западного обьеди нения тогда состоял из одиннацати племен: токсоба, иетиоба, бурджоглы, ельборили, кангароглы, анджоглы, дурут, кулабаоглы, джартан, карабирикли, котан. Омечается сравнительно однородный этнический состав, куда входили лишь тюркские племена: кипчакские, куманскские и печенегские. Ведущим династийным племенем в западной конфедерации пленем кипчаков стали токсоба и бурджоглы. Степень развития и углубления этнических связей в Восточнокипчакском обьединении, образованном на территории Казахстана, а также уровень формирования кипчакского этноса достаточна рельефно определяются по племенному составу кипчаков Восточного улуса. В сочинениях арабских ученых Ахмеда ат-Тыни (1235 - 1318) и ад-Димашки (1301 - 1349) содержатся конкретные данные о родоплеменном составе кипчаков Восточного улуса. Он состоял из 16 этнокомпонентов, из них 8 - основные племена и 8 - более мелкие подразделения. Важно отметить, что сам перечень шестнадцатиплеменной конфедерации кипчаков не носил случайного, беспорядочного характера. Напротив, в нем все было строго регламентировано в соответствии с династийным, социальным и политическим местом и уровнем каждой этнической единицы4.

Первая волна завоевателей подкатилась и хлынула в кипчакские степи в 1218- 1224 гг. во времена Хорезмской кампании. При этом одной группой руководил Джучи и Чагатай (в Восточном Дешти-Кипчаке), а во главе другой стояли два талантливых полководца Чигисхана: Джебе и Субедей (в Западном Дешти-Кипчаке). Они появились здесь с юга, пройдя вдоль южного берега Каспия в Азербайжан, оттуда - в Ширван и далее через Ширванское ущелье - на Северный Кавказ и в предкавказские степи. Об этом событии особенно подробно рассказывал арабский автор Ибн аль-Асир: "Перебравшись через Ширванское ущелье, татары двинулись по этим областям, в которых много народов, в том числе аланы, лезгины и [разные] тюркские племена... Нападая на жителей этой страны, мимо которых проходили, они прибыли к аланам, народу многочисленному, к которому уже дошло известие о них. Они (аланы) употребили все свое старание, собрали у себя толпу Кипчаков, и сразились с ними (татарами). Ни одна из обеих сторон не одержала верх над другою. Тогда Татары послали к Кипчакам сказать: "мы и вы одного рода, а эти аланы не из ваших, так что вам нечего помогать им; вера ваша не похожа ни их веру, и мы обещаем вам, что не нападем на вас, а принесем вам денег и одежд сколько хотите; оставьте нас с ними""5.

Между тем другой арабский историк Ибн Халдун приводит сведения, в которых говорится о кипчакско-монгольских историко-культурных связах, а также о некоторых аспектах истории тюркского этногенеза и социальных отношений. Он сообщает: "У кипчаков издревле была тесная связь с народом (татары) этого султана (Чингисхана) и его домочадцами. По большей части кипчаки роднились с татарами по женской линии, беря их (татар) дочерей. Поэтому Чигисхан считал их (кипчаков) однородцами"6. Здесь отмечены уходящие в глубь веков, по преимуществу патрилокальные связи кипчаков с татарами. Согласно степным кочевническим традициям, отношения, основанные на "союзе мира и родства", на разных уровнях межплеменных связей имели исключительно важное значение. Кипчаки верили, что "союз мира и родства" с монголами (или как говорил Ибн аль-Асир "уладилось дело между ними на деньгах, которые они принесут, на одеждах и прочем; они (татары) действительно принесли им то, что было выговорено") и оставили аланов на поле битвы. "Тогда татары напали на алан, произвели между ними избиение, бесчинствовали, грабили, забрали пленных и пошли на кипчаков, которые спокойно разошлись на основании мира, заключенного между ними, и узнали о них только тогда, когда те нагрянули на них и вторглись в землю их. Тут стали они (татары) нападать на них раз за разом, и отобрали у них вдвое против того, что [сами] им принесли. Услышав об этом, жившие вдали кипчаки бежали без всякого боя и удалились; одни укрылись в болотах, другие в горах, а иные ушли в страну русских..."7. А на реке Калке в 1223 г. объединенное русско-половецкое войско потерпело поражение от полководцев Чингисхана.

Кроме этого, персидский историк Джузджани сообщает что, сыновья Чингисхана "Туши и Чагатай, управившись с делами хорезмскими, обратились на Кипчак и Туркестан, покорили и заполонили одно за другим войска и племена кипчакские и подчинили все [эти] племена своей власти. Когда Туши, старший сын Чингисхана, [154] увидел воздух и воду Кипчакской земли, то он нашел, что во всем мире не может быть земли приятнее этой, воздуха лучше этого, воды слаще этой, лугов и пастбищ обширнее этих"8. На основе кипчакской племенной конфедерации образовался Улус Джучи. Но силы монголов "первой волны" не были особенно крупными. Не все кипчакские племена подчинились монгольской власти. Когда монгольские полководцы "...отправились они (оттуда) в Саксин, возвращаясь к своему царю Чингисхану, и освободилась от них земля кипчаков; кто из них спасся, тот вернулся в свою землю. Пресекся было путь (сообщения) с нею с тех пор как вторглись татары в нее и не получалось от них (кипчаков) ничего по части буртасских мехов, белок, бобров и [всего] другого, что приносилось из этой страны. Когда же они (татары) покинули ее и вернулись в свою землю, то путь восстановился и товары опять стали привозиться, как было [прежде]9.

Вторая волна монголов хлынула в кипчакские степи в 1228 - 1229 гг. Об этом арабский хронист Ибн Васил сообщает, что "в 627 г.х. (1229 - 1230 гг.) вспыхнуло пламя войны между татарами и кипчаками"10. Поход был направлен приказом Угедея, избранного после смерти Чингисхана великим кааном. 30 тыс. войско возглавил снова Субедей-багатур. Направлен поход был против саксинов, кипчаков и волжских булгар. И на этот раз силы монголов против кипчаков не были особенно крупными. Но через семь лет, во времена Великого западного похода и "третьей волны" монголов против кипчаков, после завоевании Волжской Булгарии, пал и кипчакский мир. Вскоре обширные кипчакские степи и население превратились в основные земли и народы Золотой Орды. Какая-то группа половцев откочевала в Закавказье. Об этом сохранилась "глухая ссылка" у Рашид ад-Дина на то, что монголы, пройдя Кавказские горы, захватили там кипчаков, "которые бежав, ушли в эту сторону". И в такой ситуации, естественно, не всех поголовно уничтожали или брали в плен. Какая-то часть также оставалась и сливалась с местным населением. Следует сказать, что большое число кипчакских воинов, лишенных собственных кипчакских предводителей, перешли под командование монгольских военачальников.

Однако основная масса кипчакского этноса осталась на прежних своих кочевьях, правда, несколько потесненная из наиболее богатых областей, занятых монголами. 

Кипчаки стали главным податным населением степи, только у них вместо своих кипчакских феодалов появились новые - монгольские11. Кроме этого, кипчакский фактор был решающим в этнополитической истории Золотой Орды. Об этом арабский автор аль-Умари сообщает: "В древности это государство было страною кипчаков, но когда им завладели татары, то кипчаки сделались их подданными. Потом они (татары) смешались и породнились с ними (кипчаками), и земля одержала верх над природными и расовыми качествами их (татар) и все они стали точно кипчаки, как будто одного с ними рода, оттого, что монголы и татары поселились на земле кипчаков, вступали в брак с ними и оставались жить в земле их (кипчаков). Таким образом долгое пребывание в какой-либо земле заставляет натуру человеческую уподобляться ей и изменяет прирожденные черты согласно ее природе..."12. Тем не менее, влияние кипчаков продолжало расти, монголы с первых же десятилетий своего пребывания в кипчакской степи начали активно ассимилироваться. К середине XIV в. этот процесс был фактически завершен и потому монгольское государство "Золотая Орда", в персидских и арабских исторических сочинениях нередко именовалось как Кипчакское ханство.

Таким образом, элемент "кипчак" постоянно присутствовал в названии державы Джучидов. Более того, по прошествии достаточно короткого периода времени тюркский язык, на котором говорили кипчаки, стал основным языком общения в Улусе Джучи13.

Вместе с тем, огромное количество взятых в плен кипчаков обращалось монголами в рабство. Восточные рынки были наполнены рабами побежденных монголами народов, среди которых в наибольшем количестве были половцы (кипчаки)14. В плен - в рабство на продажу и для себя брались те воины и их семьи, которые оказывали сопротивление или участвовали в борьбе того или иного феодала против монголов. Судьба их была, несомненно, тяжкой, но даже эти несчастные участвовали в общем процессе этногенеза. Арабский автор аль-Айни писал: "Взятые в плен из этих народов были отвезены в земли Сирийские и Египетское. От них-то и произошли мамлюки 'Адилийские, Камилийские, Ашрафийские, Му'аззамийские, Насирийские да 'Азизийские [155], оставившие прекрасные следы в государствах мусульманских"15. Особенно отважные и энергичные кипчакские воины в Египетском султанате стали гвардией султанов - мамлюками. В конце концов, мамлюки захватили власть в султанате и поставили своих султанов из кипчакских знатных родов. В числе этих пленных тюрков и был Бейбарыс, родоначальник династии мамлюкских султанов, и правивший позднее Калаун. Оба они происходили, если верить сообщению ал-Айни, из тюркского племени бурджоглы16. По словам ал-Умари, тюрки, вывезенные из кипчакской степи, отличались добросовестностью, храбростью, совершенством своих станов, красотой своих фигур и благородством характеров. Большая часть египетского войска состояла из мамлюков, из среды которых выдвигались и весьма искусные военачальники. Кроме этого, ал-Умари подчеркивает, что египетские султаны из мамлюков "чувствовали склонность к своим родичам" и стремились как можно больше заселить ими Египет17. Й. Хаммер-Пургшталь в своем труде о Золотой Орде неоднократно упоминает о происхождении Бейбарыса, которое следовало из сообщений восточных авторов, и подчеркивает кровную заинтересованность его в добрых отношениях со своими родичами18.

Византийский историк и современник Георгий Пахимер сообщает что, "...египтяне по-прежнему ценили скифское племя (команов), покупая в рабство людей из этого народа, особенно набирая из них войско, а теперь, когда скиф стал во главе верховной власти, скифское племя особенно начало цениться в Египте как основа военной силы. ...Вследствие постоянного притока с севера пленников и за деньги купленных юношей росла военная сила египтян, а вместе с тем увеличивалась их смелость, так что они начали выступать с определенных границ и позволяли себе нападать на соседей и наносить вред христианам19.

Другой византийский историк Никифор Григор не дает кипчакам другого имени, как команы, и говорит о них как о скифах, сообщая что: "Проходя с одним или двумя судами в год в страны европейских скифов, обитающих у Азовского моря и на Дону, и то набирая у них добровольных перебежчиков, то покупая рабов у господ и детей у родителей, эти суда возвращались в египетский Вавилон и Александрию, доставляя таким образом египтянам скифскую военную силу. Ибо египтяне не пригодны к военному делу, будучи весьма трусливы и лишены мужества; посему принуждены набирать на военную службу иноземцев и допускать наемников, так сказать, к господству над собой, сняв с них заботу о делах, от которых зависит человеческая жизнь. Но прошло не так много времени и египетские арабы, под указанным предлогом составили такое войско, что стали не только грозным врагом не только западным, но и восточным народам. Они поработили Африку и всю Ливию до Геркулесовых столбов (Гибралтарский пролив. - Н. А.), затем Финикию и Сирию и всю приморскую страну до Киликии, погубив бывшее там население. Так же поступили с другими и особенно с галатами и кельтами, прибывшими с запада и давно уже владевшими лучшими здесь местами и городами"20.

Египетские султаны стремились иметь как можно больше рабов с Золотой Орды. У них были тысячи мамлюков. По одной из версий султан Калаун имел 12 тыс. мамлюков. Его сын ан-Насир, судя по хроникам, тоже купил 12 тыс. мамлюков. А когда мамлюк возвышался и становился эмиром, он сам покупал невольников. Кроме этого, число мамлюков в Египте постоянно возрастало еще и потому, что преуспевающие мамлюки вызывали к себе родных и близких, по мере сил выдвигали их, помогали получить высокие посты. Мамлюки-кипчаки представляли собой наиболее значительную силу Египта, где были как рабы-кипчаки, так и свободные люди из государства кипчаков. Последних было так много, что их пребывание в стране оставило заметный след в истории Египта. Вся эта масса кипчаков, влиявших на все слои египетского общества, довольно быстро растворилось в нем. Некоторые следы их пребывания и относительной самостоятельности сохранились, в частности, в наименовании одного из каирских кварталов - Орду21.

Таким образом, кипчаки в XIII-XIV вв. переживали сложные исторические коллизии, связанные, прежде всего, с нашествием монгольских племен. Часть их продолжала жить в пост-монгольских государствах. Более того, они сыграли важнейшую роль в этнополитических процессах, происходивших в Евразии, и даже в Северной Африке (Египте).


Примечания

1. КУМЕКОВ Б. Е. Кипчаки: этнос и этноним. - Право и государство. 2002, N1 (24), с. 18.

2. АХИНЖАНОВ С. М. Кыпчаки в истории средневекового Казахстана. Алматы. 1999, с. 7.

3. ГАРКАВЕЦ A. Codex Cumanicus: Половецкие молитвы, гимны и загадки XIII-XIV вв. М. 2006, с. 4.

4. КУМЕКОВ Б. Е. Ук. соч., с. 20.

5. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. 1. Извлечения из арабских сочинений, собранные В. Г. Тизенгаузеном. Алматы. 2005, с. 46.

6. КУМЕКОВ Б. Е. Об этнонимии кыпчакской конфедерации Западного Дешт-и Кыпчака XII - начала XIII века. - Известия НАН Республики Казахстан. Сер. общественных наук. 1993, N 1, с. 60.

7. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. I, с. 46.

8. Там же. Т. II. Извлечения из персидских сочинений, собранные В. Г. Тизенгаузеном и обработанные А. А. Ромаскевичем и С. Л. Волиным. Алматы. 2006, с. 40.

9. Там же. Т. I, с. 48.

10. Там же, с. 83.

11. ФЕДОРОВ-ДАВЫДОВ Г. А. Общественный строй Золотой Орды. М. 1973, с. 39 - 42.

12. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. I, с. 174.

13. ПОЧЕКАЕВ Р. Ю. Батый. Хан, который не был ханом. СПб; 2007, с. 106.

14. ПЛЕТНЕВА С. А. Половцы. М. 1990, с. 182.

15. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. I, с. 350.

16. LANE-POOLES. A History of Egypt. L. 2010, p. 278.

17. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. I, с. 172.

18. HAMMER-PURGSTALL J. von. Geschichte der goldenen Horde in Kiptschak, das ist: der Mongolen in Russland. 1840, S. 170, 181.

19. УСПЕНСКИЙ Ф. И. Византийские историки о монголах и египетских мамлюк. Византийский временник. М. 1926. Т. XXIV, с. 2 - 3.

20. Там же, с. 5 - 6.

21. АМИН аль-ХОЛИ. Связи между Нилом и Волгой в XIII-XIV вв. М. 1962, с. 11 - 12.


Абдимомынов Нуртас Талгатжанович - кандидат наук, Казахский национальный университет им. аль-Фараби. Республика Казахстан, Алматы.

Янтарь, молоко и навоз: как лечились во Львове во время средневековых эпидемий

Эпидемии из-за инфекционных болезней были распространены на протяжении многих веков. Они зафиксированы еще в Библии.

То, что происходит сейчас в мире вследствие коронавируса, на фоне событий прошлых веков выглядит достаточно оптимистичным. Несмотря ни на что, основная рекомендация по поводу борьбы с болезнью как тогда, так и сейчас, не изменилась — полная изоляция от остального общества в собственных домах.

Янтарь, молоко и навоз: как лечились во Львове во время средневековых эпидемий, изображение №1

Сведения об эпидемиях и других инфекционных заболевания зафиксированы в городских документах, которые сохранились от XIV века в архиве города Львова.

Их собрал и обобщил известный львовский историк-архивист, который жил в XIX веке, Денис Зубрицкий. В «Хронике города Львова» он подытожил то, что удалось записать с архивных документов магистрата городп на протяжении многих веков. Об этом рассказал историк Иван Северянка.

«Зубрицкий описывает, что первая зафиксированная эпидемия была в начале XV века, в 1439 году. В книге написано: «В Польше был голод и мор, поэтому король с семьей и двором переехал на зиму во Львов». То есть конкретно во Львове именно в тот год эпидемии не было. Эпидемии чего именно — не указано, так как для тогдашних людей инфекционные болезни в целом сводились к определению — мор или поветрие. К ним относилась чума, холера, дизентерия и другие болезни», - рассказывает Иван Северянка.

Заболевания тогда распространялись очень быстро за счет антисанитарных условий. Большие города, где люди жили внутри стен, а именно таким городом был и Львов, приводили к большим скоплениям. В населенных пунктах хорошо не убирали, соответственно инфекция распространялась очень быстро.

Янтарь, молоко и навоз: как лечились во Львове во время средневековых эпидемий, изображение №2

«Что касается уборки, то в городе назначали специальных служащих, которые должны следить за уборкой. Ее качество зависело от того, насколько добросовестными были эти люди и насколько им хорошо платили. Если им не платили, они либо убирали, либо нет. Сознание людей была очень низким. Они выливали нечистоты или помои просто из окна на улицу.

А на улице шел так называемый риншток, в котором собирались сточные воды в канализацию. Во Львове были два больших канала. Как пишет Зубрицкий, это были два подземных хода высотой в человеческий рост. Там стекали дождевые воды и то, что выливали жители. А также там текла грязная вода Полтви. Часто жители выбрасывали в те рвы еще и дохлую скотину. Поэтому питьевая вода была некачественная и также усиливала вероятность инфекций », - рассказывает историк.

Рецепты борьбы с эпидемией в Средневековье

Как рассказывает историк, Львов был в довольно выигрышном положении по сравнению с другими городами региона, потому что здесь был высокий уровень образованности правящей верхушки. Все члены Львовского магистрата и городского суда, как правило, были докторами, имели ученые степени по медицине, теологии или праву, учились в европейских университетах. Из-за этого здесь было много медиков по специальности.

«У них к тому времени были прогрессивные представления, как бороться с болезнями. Однако в целом среди ремесленников и купцов уровень сознания и научных знаний был достаточно низкий. Люди боролись достаточно странными методами с заболеваниями.

Среди мещанства существовали необычные представления о том, как надо бороться с эпидемиями. Не карантином, а, например, отпугиванием болезни посредством сжигания навоза. Считали, что если запахом сожженного навоза подкурить камяницу (дом), можно отпугнуть заболевание. Часто с той же целью — отпугнуть болезнь — вывешивали черепа крупных животных. Лошадиные или коровьи черепа подвешивали на цепях, чтобы они качались. Считалось, что тогда болезнь боялась зайти в помещение.

Еще один странный метод — закопаться в навоз по шею.

Аптекари же продавали как лекарство от эпидемии янтарь, растворенный в молоке. Они выдавали это за лекарство. Как это выглядело, неизвестно, потому что, наверное, невозможно растворить янтарь в молоке.

На самом деле лекарств тогда от инфекционных болезней практически не было и врачи пытались вводить карантин », - рассказывает Северянка.

Как в старом Львове внедряли чрезвычайное положение?

Исследователь Львова Илько Лемко в своей книге «Любовь и смерть» описывает тогдашний город во время эпидемии, а в частности, как происходили карантинные мероприятия в городе: «Мор хуже татарина, говорили львовяне, потому что татарина видно, а зараза невидима. Львовская городская власть, обученная последними эпидемиями, сразу начала принимать решительные меры для предотвращения мора и борьбы с ним. Объявлялось состояние «воздушной тревоги» и решительно наказывались все проявления паники. Едва слухи о море достигали Львова, магистрат распоряжался по поводу пургации (чистки) города ...

Все подъезды к городу перекрывались, у Галицкой и Краковской брам и Иезуитской калитки стояла карантинная сторожа и никого из чужих в город не пускали».

Очень похоже все происходит во Львове и в настоящее время — так же, как и несколько веков назад. Дают указания мыть тротуары, запрещают проводить массовые собрания, советуют не поддаваться панике. Средневековые антиэпидемиологические мероприятия в книге Лемко описываются так: «Обязательно надо закрыть все школы и максимально ограничить торговлю, - продолжал дальше бургомистр, - я дам приказ отменить все ярмарочные дни и прикажу торговать только продовольствием и всем необходимым после тщательной проверки. Также желательно запретить цеховые собрания, всевозможные забавы, торговлю изношенными вещами, среди которых могут быть вещи умерших. Зараженных больных надо немедленно направлять в госпиталь святого Станислава, их одежду обязательно сжигать, а умерших нищих прятать за счет города. Надо, чтобы Ципак следил за тем, чтобы на улицах и площадях города не скапливалось много людей, и вылавливали всевозможных безумных и паникеров. В случае, если станут известны отдельные зараженные участки, окопать их окопами и перекопать к ним все дороги.

— На всех брамах домов завтра утром, - добавил староста, - прибить распоряжение магистрата о мерах против мора. Надо призывать людей не контактировать с незнакомцами, не принимать на работу новую челядь и новых братьев или сестер в монастыри. Потому, помните, в прошлый раз мор начался из-за Сидляра из Перемышля, а годом ранее из-за служанки из Сыхова, болезнь которой сначала скрыл ее хозяин. Городской суд должен приостановить рассмотрение всех дел, и только нотариусы должны продолжать оформлять завещания, но исключительно для смертельно больных.

— И наконец, - заключил перечень мероприятий бургомистр, - рекомендовать не посещать бани и не ходить в костелы, церкви и синагоги... ».

Янтарь, молоко и навоз: как лечились во Львове во время средневековых эпидемий, изображение №3

То, что болезнь передавалась в том числе и от духовников, подтверждает и историк Иван Северянка.

«Очень четко зафиксированы в источниках примеры занесения заразы извне. Описание этой болезни оставил Ян Алембек (Иоганн Альнпек) — городской райца, затем бургомистр Львова, человек, который характеризовался высокой образованностью.

Алембек описывает 1623 год, когда монах ордена кармелитов привез мор из Кракова. 15 монахов из монастыря заразились и впоследствии умерли, а из монастыря инфекция распространилась на весь город. Тогда останавливалась работа целого города и горсовета. Алембек так описывает тогдашние события:

«Прекратилась всякая торговля и ремесла, деятельность судов, оборвались все социальные связи. Богатые и все кто только мог, бежали из зараженного города, ища убежища от эпидемии по селам».

Поскольку все члены городского управления бежали или вымерли, власть сосредоточивалась в руках одного человека, бургомистра города Мартина Кампиана. Он остался сознательно, чтобы сохранить в городе хоть какой-то порядок.

В том году жертвами эпидемии стало 20 000 человек во Львове и близлежащих селах », - рассказывает Иван Северянка.

Янтарь, молоко и навоз: как лечились во Львове во время средневековых эпидемий, изображение №4

Кроме страшной эпидемии, в город того года ворвались еще и татары, забрали ясырь, захватив в плен мирных жителей, и опустошили окрестности Львова. Еще одна беда, которая тогда накрыла Львов — пожар, который уничтожил Краковское предместье, где сгорели сотни домов.

«Тогда господствовало мнение, что переносит заразу собственно сам человек. Львовяне еще не знали, что основными переносчиками инфекции являются насекомые, черви, крысы и мыши, - пишет Илья Лемко. — Кто-то распространял слухи, что заразу переносят домашние животные, и тогда от рук хозяев погибало много домашних любимцев — кошек и собак.

Затем во Львове появлялось все больше дворов, забитых досками, и таким образом обозначенных знаком смерти. Люди бежали из города в леса и поля, там умирали, а дикий зверь, поощряемый большим количеством трупов и пустотой дорог и пригородных окрестностей, двигался под стены города. Жители пригородов бросали поля и огороды, прекращалась торговля, обрывались коммуникации с миром, путники, ехавшие неделями и месяцами до желаемой цели, оставались голодные посреди чистого поля, потому что даже придорожные корчмы и шинки запирали. Мародеры грабили дома умерших от заразы».

Эпидемии новых времен

Впечатляющие эпидемии описаны и во времена осады Львова войсками Хмельницкого. Так регент Львова Андрей Чехович, также медик по образованию, пишет: «Бедные люди поддерживали жизнь разве что яблоком и сельдью, а жажду утоляли водой смешанной с грязью, потому что не хватало чистой воды. Через потребления таких продуктов и напитков среди людей начались бесчисленные болезни. Голод многих довел до смерти — к этому добавлялось бесплодие, лихорадка, горячка, дизентерия, которые ничем не удавалось остановить и которые не покидали больных до самой могилы. Весь город — улицы, рынки, кладбище, а особенно место у Катедры, превратились в госпиталя. Нельзя было увидеть ни одного уголка, свободного от больных и невыносимой вони. Этот город не был в таком состоянии и никогда еще не испытывал такого тяжкого гнета и уничтожения граждан. Собрались все несчастья и ударили с такой силой, что казалось их могло быть больше ». Так автор описывает 1648 год.

Аналогичной была ситуация после ухода шведов из Львова 1704 года. Зубрицкий пишет, что после их отступления распространилась эпидемия. Продолжался мор тогда два года.

Эпидемии во Львове были большой бедой, и к ним часто присоединялись войны, голод, нехватка продовольствия, вражеские нападения с разных сторон и неурожаи.

В течение последних двух столетий они были уже не такими частыми — наука ушла вперед, и люди научились сопротивляться инфекциям. Но не всегда. Например, во время эпидемии холеры, которая была в 1830-1831 лет в Галичине умерло почти 35 000 человек. В самом Львове умерла половина из тех, кто заболел. Не обошла Львов и «испанка». В течение 1918-1920 годов грипп унес жизни нескольких сотен жителей города. А это больше, чем погибло от украинского-польского вооруженного противостояния, длившегося в городе в то же время.

Татьяна Яворская

Картина дня

))}
Loading...
наверх