Дипломатическая переписка золотоордынских ханов и Ватикана: письмо хана Газана папе Бонифацию VIII

Раскрыто содержание письма ильхана Газана (12 Marth, 1302), наисанное на монгольском языке уйгурскими буквами. Письмо также имеет печать, легенда (текст тюленя) которого написана на китайском языке с китайским иероглифом. Оригинал письма хранится в Секретных архивах Ватикана. Проводен текстологический анализ письма. Установлено, что до настоящего времени, ряд вопросов, связанных с монгольским владычеством в Центральной Азии, остаеттся нерешенным и спорным.

Создание в XIII веке монголами империи, которая в своем расширении простиралась от Тихого океана до Венгрии, от русских равнин до мусульманского Востока, явилось переломом в истории Евразии c образованием Золотой Орды.

 Такие страны, как Китай, Иран, Месопотамия (Ирак) и дважды Сирия с традицией оседлого образа жизни были покорены степными кочевыми немусульманскими народами. Монгольские ильханы придали Золотой Орде кажущееся политическое единство, которое благоприятствовало циркуляции людей и идей, а также экономическим, коммерческим, культуным и научным обменам Запада и Востока. Документальные свидетельства по истории татаромонгольского нашествия и Золотой Орды хранятся в архивах, музеях и библиотеках мира.

Когда в 1241 г. татаро-монголы вступили на земли Западной Европы и провели ряд успешных сражений с поляками, вторглись в Чехию, продвинулись к границам Германии и Венгрии, тогда Римская Католическая церковь в лице Папы Римского Григория IX (1227-1241) забила тревогу, о чем свидетельствует его письмо от 1 июня 1241 г. Венгерскому королю Беле IV, начавшему править в возрасте 29 лет. Данное письмо, как один из первых документов Рима о нашествии татаро-монголов, послужило началом переписки Ватикана с золотоордынскими ханами (Litteras Gregorii IX regi Ungariae Belae [1]. В письме Григорий IX обещает поддержку венгерскому королю в борьбе с татаромонголами и упоминает имя Фридриха II (1194-1250), короля Германии, императора Священной Римской империи с 1220 г., предположительно имевшего союзнические отношения с монголами. Письмо написано в Латерани или Латеранских холмах, где находился кафедральный собор Рима, место нахождения кафедры Римского епископа и папского трона. В католической иерархии эта церковь стоит выше всех остальных храмов мира, не исключая и собор Святого Петра. Подтверждением тому является надпись над входом: «Святейшая Латеранская церковь, всех церквей города и мира мать и глава».

В Секретных Архивах Ватикана хранятся оригиналы трех писем ильханов, адресованных папам Римской Католической Церкви. Это «Охранная грамота Абаги хана», датируемая 1267 или 1279 г., письмо хана Аргуна Николаю IV, датируемое 14 мая 1290 г., и письмо хана Газана Бонифацию VIII, датируемое 12 апреля 1302 г. [2]. Письма написаны на монгольском языке уйгурскими буквами. Каждое письмо имеет квадратную печать красного цвета, легенда (текст печати) которых на китайском языке китайскими иероглифами. Эти письма впервые были выявлены в 1921 г. кардиналом Е.Тиссераном, деканом Святого колледжа и секретарем Священной Конгрегации.

В разное время исследователи многих стран мира внесли большой вклад в изучение дипломатической переписки ильханов. Библиография работ представляет внушительный список, в котором большинство составляют исследователи с мировым именем. Среди российских ученых Б.Владимиров, С. Ольденбург, Г.Вернадский, В.Радлов, В. Бартольд, Н.Поппе, П.Мелиоранский, Ж.Ковалевский, К.Гольштунский и ряд других [3]. Среди зарубежных: В.Котвиц, Е.Вогелин, сам кардинал Е.Тиссеран, Е.Ханиш, Н.Поппе, Поль Пеллио, Г.Ламб, Б.Шпулер, И.Шмидт, Ж.Ришар, Г.Рамштедт, О.Притцак, А.Мостерт, Фр. Вудман Кливс, А.фон Габэйн, Г. де Тасси, К.Кронберг Р.Груссе [4]. В настоящее время исследование по ханской канцелярии продолжает исследователь СНРС Дениза Эгль [5].

Хан Газан (1271-1304), старший сын хана Аргуна, взошедший на престол 3 ноября 1295 г.был заинтересован в сотрудничестве с папами и западными правителями по координации действий и выработки общего плана борьбы против мамлюков. Период правления ильхана Газана (1295—1304) характеризовался тяжелым экономическим положением Ирана, что вызвало необходимость изменения внутренней политики, прежде всего реформирования экономики и налоговой системы. Проводимая Газан ханом экономическая политика привела к подъему сельского хозяйства. Однако внешнеполитическая ситуация оставалась серьезной. Организовав два похода в Сирию (1299 г., 1300 г.). После второго похода в Сирию, когда хан Газан вернулся в Персию, ему сообщили, что мамлюки заняли Сирию, Газан хан решил отправить вторую экспедицию весной 1303 г.во время которой войска его полководца Кутлуг шаха потерпели поражение близ Дамаска и отступили.

Как известно, ильханы (Il qan) – титул монгольских правителей, которые от имени императора, находясь в Дайду (Пекин), правили Персией. Этот титул впервые был принят Хулагу ханом (1217-1265), ильхан (ок. 1261-1265), основатель династии и государства Хулагуидов, внук Чингисхана. Хулагу хан, взяв этот титул, передал его своим последователям. Ильхан означает «большой хан».

В рамках проекта «Степная дипломатия в письменных источниках (XIII–XVIII вв.) (0354/ГФ), реализуемый РГП «Ғылым ордасы» как проект грантового финансирования по линии Комитета науки МОН РК, проводится исследовательская работа по изучению переписки золотоордынских ханов и ханских ярлыков.

 

Письмо хана Газана Римскому папе датировано 12 апреля 1302 г. Приведенная ниже транскрипция письма с монгольского языка латинскими буквами и перевод письма с монгольского на французский язык взяты из статьи «Три монгольских документа из Секретных архивов Ватикана». Ее авторы известные востоковеды Антуан Мостер (18811971) и Франсис Вудман Кливс (1911-1995). А.Мостер бельгийский и американский филолог, один из крупнейших монголоведов, священник и миссионер. Фр.Вудман Кливс – основатель китайско-монгольских исследований в Америке, долгие годы проработал в Гарвардском университете, переводчик со старомонгольского «Секретной истории монголов», лауреат премии Станисласа Жюльена Французской академии изящной словесности [6].

Транскрипция письма (монгольский язык):

  • Гasan üge
  • Bab-a Urida ber Bisqarun-iyar
  • činu ilegsen duradqal sayin üges bičig
  • bidandur kürbe qariyu inu ber Kőkedei küregen.
  • Tümen yurban-iyar.
  • ĵrly ilelegei. Edüge ber bügesü mőn kü yosuyar turbiĵu amui
  • Ta ber čerigüd-iyen ĵasaĵu irgen irgen-ü sultad
  • -tur ileĵü bolĵal ülü qoĵidan.
  • tngri-yi ĵalbariĵu yeke üile-yi uyuyata nigen ĵug
  • bolyay-a kemen. ede Sadadin Sinanadin Samsadin-i ilebei. Ta
  • tngri-yi ĵalbariĵu čerigüd-iyen ĵasadqun Bičig
  • manu doluyan ĵayud nigen od-tur bars ĵil qabur-un
  • ečüs ara-yin arban dőrben-e Qos Qabuy-a büküi
  • -dür bičibei

Перевод (французский язык): Parole de nous, Гasan.

Au pape.

Tes suggestions, bonnes paroles et lettre qu'auparavant tu as envoyées par Bisqarun nous sont parvenues, et en réponse nous avons envoyé un ordre par le gendre Kokedei, Bisqarun et Tümen, tous les trois.

Et quant à maintenant, nous sommes en train de faire des préparatifs, exactement de la manière [mentionnée dans notre réponse]. Vous aussi préparez vos troupes, envoyez [avis] aux sultans des diverses nations et ne manquez pas la date convenue. Priant le Ciel, la grande oeuvre (= la guerre contre les Mamelouks) nous (= Гasan) en ferons entièrement l'unique but [de nos efforts].

Disant [cela] nous avons envoyé ces Sadadin, Sinanadin et Samsadin. Vous aussi, priant le Ciel, préparez vos troupes.

Notre lettre, nous [l']avons ecrite l'an sept cent un, l'année du tigre, le quatorze du dernier mois du printemps (= 12 avril 13092), quand nous étions à Qos Qabuy».

Перевод письма на русский язык:

«Слово Газана. Папе.

Твои предложения, хорошие слова и письмо, которое ты отправил раньше через Бискаруна, дошло до нас, и как ответ мы отправили приказ с зятем Кокедеи, Бискаруном и Тюменом, со всеми троими.

Что касается текущего, мы производим подготовку, точнее в виде [упомянутым в нашем ответе]. Вы также готовьте ваши войска, отправляйте [на усмотрение] правителям различных народов и не преминете назвать соответствующую подходящую дату. Прося Небо о большом деле (= войны против мамлюков) мы (= Газан) сделаем из этого (войны против мамлюков) единственную цель [наших усилий].

Говоря [это], мы отправили своих Сададина, Синанадина и Самсадина. Вы также, прося Небо, готовьте свои войска.

Наше письмо, мы написали [его] в 701 г.году тигра, 14 числа последнего месяца весны (= 12 апреля 1302), когда мы были в Кош Кабуке»

Таблица 1 Текстологический анализ письма хана Газана папе Бонифацию VIII (1302 г.) (монгольский язык уйгурскими буквами) [7]. 

Компоненты условного формуляра

Письмо хана Газана папе Бонифацию VIII

Особые приметы

 

I. Начальный протокол:

 

 

чернила (черные, печать красная)

1) invocatio (богословие)

Отсутствует

-

2) intitulatio (адресант)

Стк.1

 

3) inscriptio (адресат)

Стк. 2

Строка сдвинута влево

4) salutatio (приветствие)

Отсутствует

-

II. Основная часть:

2-12

 

1) notificatio (извещение)

2-5

Строка 5 – по центру

2) narratio (повествование)

6-10

-

3) dispositio (определение)

10-11

-

4) corroboratio (удостоверение)

Стк. 13-14

Печать красными чернилами. Кроме того, на оборотной стороне письма имеется текст

«Űĵig inu Űredün kesigün ekin ődür Qutluy Ŝ-a Erisi-daulaIramadan. "Its üĵig. First day of the kesig of Űred. Qutluy S-aErisidaula, [andIramadan»» и бледная печать черного цвета

IIIКонечный протокол: datum (выходные данные):

12-14

 

а) место написания

12-13

Кош Кабук

б) время написания

13-14

12 апреля 1302 г.

Это письмо воспринимается как последний призыв к совместной кампании европейских держав, Ватикана и ильханов в борьбе против мамлюков.

Письмо говорит о том, что некий Бискарун доставил Газану послание от папы. Бискарун это генуэзец Бускарель де Жизольф, который совместно с христианскими властями запада боролся против мамлюков.

Французский востоковед Ж.Ришар в статье «Le début des relations entre la papauté et les Mongols de Perse» пишет: «Начиная с 1264 г. христианские и монгольские послы не переставали намечать планы совместной кампании, чему свидетельство визит Газана к английскому королю Эдуарду IЭто же идея прослеживается в письме Аргун хана французскому королю Филиппу Красивому 1289 г., которое также доставил Бускарель, которого звали также Мускериль-колчан (стрелок – З.Д.Ш.), в западных источниках его называют Бискарель / Biscarellus» [8].

Как следует из письма, ильхан получил письмо от Римского папы и ответил на него, отправив папе посланников, состоящих из зятя Кокедеи, некоего Тюмена, 2 монголов и Бускареля.

Хан Газан предполагал, что папа может ему не ответить. В строке 6 он говорит, что готовится к совместной кампании. Далее следует самый важный в письме факт: действия папы и то, что он ждет от папы: «Вы также готовьте ваши войска ….». Нам неизвестно, каким образом весной 1302 г. Газан мог рассчитывать на союз с Римским папой и западными правителями. Во всяком случае, новый крестовый поход, на который хан Газан рассчитывал, не состоялся, и он один предпринял попытку новой победы над Сирией.

Исследователи установили, что слово Kokedei это слово, образованное от слова «koke», которое, по мнению некоторых исследователей, означает «голубой, темно-синий, зеленый». Имя Тюмен означает черноватый цвет лица. Имя схоже с именем Кокедеи и женщины Кокежин, которое носила Байяуд, сопровождающая Марко Поло до Персии [9].

В письме звучат имена «Сададин, Синанадин, Самсадин». Это имена трех послов, носителей письма. Их имена написаны более мелкими буквами. Из чего можно заключить, что назначение послов произошло в последний момент, когда письмо уже было написано, о чем свидетельствует также отсутствие рядом с именами слова «три» (посла), которое подразумевается здесь по смыслу. Оставшееся место не позволяло вписать больше имен. Имя Сададин (Sadadin, араб. Sa'd al-Din) означает блаженство, счастье, благополучие, счастливый расклад звезд. 

Имя Синанадин (Sinanadin, араб. Sindn al-Din) означает наконечник копья, копье, оселок (точильный камень). Известный немецкий востоковед, профессор В.Б.Хеннинг предложил такой вариант значения слова: «Spear-head of the Church» или на французском «la Tete de Lance de la Religion».

Третье имя, упоминаемое в письме, имя Самсадина (Samsadin, араб. Sams al-Din), которое означает сверкающий (день), солнце, вера, доверие.

В конце письма стоит печать, такая же печать стоит на письме Ульджейту хана французскому королю Филиппу Красивому (1305 г.) и на эдикте Абу Саида (1320 г.). Легенда печати переведена известным ученым, доктором Колумбийского университета, профессором Йенчингского университета Китая Уильямом Хунгом на английский язык.

Текст печати:

«Tchen ming houang ti t'ien chouen wan cheu tcheu paо».

«Seal of the Truly Mandated August Emperor for Whom Heaven Indulges the Ten Thousand Things».

«Печать действительно уполномоченного Высочайшего императора, которому Небо дарует десять тысяч вещей».

Хан Газан официально был хранителем большой печати, служащей для легализации документов. Письмо хана Газана имеет отличительную особенность: наличие еще одной печати на обороте письма. Это «черная тамга четырех командиров четырех кезигов (телохранителей)». Эта тамга печать командиров стражи, которая по примеру великого хана, проживающего в Дайду, состояла из четырех частей или кезигов, каждая из которых по очередности несла три дня службы. Видимо, эта печать, для приложения которой использовали черные чернила, находилась у командира стражи (кезига), который во время смены караула передал ее командиру стражи, которая заступала на службу. Таким образом, текст на обороте письма свидетельствует, что день, когда письмо хана Газана было легализовано (узаконено, т.е. поставлена печать), это день заступления на стражу кезигов, во главе которых стоял некий Уред. Три других имени: Кутлук С-а, Эрисидаула и Ирамадан, это, по-видимому, высшее должностные лица ильхана.

Из четырех персонажей, имена которых прочитываются в письме, только Уред, командир стражи, именно в этот день, первый день службы, лично участвовал в легализации письма, прикладывая тамгу сам или присутствуя при этом. Уред, как командир стражи, был ее держателем. Рашид-ад-Дин нам говорит, что письмо один раз было сертифицировано аутентичной «черной тамгой», свидетелями чего были члены Дивана, «которые также проставляли на обратной стороне письма тамгу Дивана». Черная печать командира стражи, по мнению А.Мостера и Фр. Вудмана Кливса, не может быть тамгой Дивана, т.к. обратная сторона письма имеет только одну печать. Если бы это была тамга Дивана, следует допустить, что письмо не аутентично. Отсутствие второй печати показывает, что формальности, которые хан Газан как держатель печати, стремящийся предотвратить злоупотребления, не всегда полностью соблюдались, даже в случае отправки документов, касающихся особо важных дел. Напротив, установленные ханом Газаном правила хорошо соблюдала ханская канцелярия его преемниками.

Для обращения к папе ильхан использует то «ты» (стк.3), то «вы» (стк. 11, 20). В других письмах ильханской канцелярии (письмо королю Франции Филиппу Красивому, например) также встречается обращение на «ты» и на «вы». Это говорит о том, что канцелярия ильханов не имела четких правил использования местоимений второго лица, посредством которых в официальной переписке правитель обращался к адресату.

Следует отметить, что печать Абаги хана, умершего в 1282 г.стоит также на двух документах его сына Аргун хана, одно из которых датируется 1289 г., другое – 1290 г. Как писал П.Пеллио, печать Ульджейту, умершего в 1316 г., стоит на документе 1320 г. его сына Абу Саида [11]. Приписывание одной вещи тому или иному ильхану не может быть сделано на примере печати, которую они носили. С другой стороны, каково бы не было отношение Газана как вассала Великого хана в Дайду, ношение печати давало хану Газану титул «wang» (roi, prince / король, император), который мог легко примирить его с положением вассала. Известные востоковеды Э.Блоше и Б.Шпулер считают, что печать, стоящая на обороте письма, была отправлена из Китая новому хану [12]. Исследователи У.Хунг и А.Мостер полагают, что совершенно недопустимо, чтобы император Темур отправил вассалу печать с такими словами (Tchen Ming Houang Ti Truly Mandated August Emperor Действительно уполномоченный высочайший император) и что эта печать изготовлена в Персии [13].

 

Список литературы

  1. Gregorius IX litteras ad regem Ungariae Belaе 1 julii 1241. Archivum Secretum Vaticanum. Vaticanum Register. N 20. F. 89 v-90 r.
  2. Salvacondotto rilasciato da Abagha ai vescovi inviati dal papa (anno 1267 o 1279).Archivum Secretum Vaticanum. A., Archivum Arcis, Armaria Arm. I-XVIII, № 1801 – 1/3; Lettera di Arghun a Nicolo IV (anno 1290).Archivum Secretum Vaticanum. A.A., Archivum Arcis, Armaria Arm.I-XVIII, 1800-1802; Lettere di Ghasan a Bonifacio VIII (1302). Archivum Secretum Vaticanum. A.A., Archivum Arcis, Armaria Arm.I-XVIII, № 1802.
  3. Араб филолог о монгольском языке / Араб. текст изд. и снабдил пер., Глоссариййями и коммент. П.М. Мелиоранский.Санкт-Петербург: Тип. Имп. Акад. наук, 1903; Бартольд В.В. Пизанец Исол; Мусульманские известия о чингизидах-христианах.Санкт-Петербург: Тип. Имп. Акад. наук, 1892; Поппе Н.Н. Грамматика письменномонгольского языка / Ин-т востоковедения Акад. наук СССР и Ленингр. вост. ин-т. - Москва; Ленинград: Изд-во Акад. наук СССР, 1937; Поппе Н.Н. Золотоордынская рукопись на бересте.Москва; Ленинград: АН СССР, 1941; Поппе Н.Н. Квадратная письменность. Москва; Ленинград: АН СССР, 1941; Радлов В.В. Титулы и имена уйгурских ханов. – Санкт-Петербург: тип. Акад. наук, 1891; Радлов В.В. Ярлыки Токтамыша и Темир-Кутлуга: Исслед. Санкт-Петербург тип. Акад. наук; Вернадский Г.В. Монголы и Русь / Пер. с англ. Тверь: ЛЕАН ; М. : Аграф, 1997; Владимирцов Б.Я. Чингис – Хан. Элиста: Калмыц. кн. изд-во, 1999; Владимирцов Б.Я. Работы по монгольскому языкознанию. Москва: Вост. лит., 2005; Жизнь Будды, индийского учителя жизни: Пять лекций по буддизму / С. Ф. Ольденбург, В. Я. Владимирцов, Ф. И. Щербатской, О. О. Розенберг; Первая Буддийс. выст. в Петербурге. Самара: Агни, 1998.
  4. Gabain A.Alttürkische Grammatik, 2 verb. Auflage. Leipzig, 1950; Garcin de Tassy J. Mémoire sur les noms propres et les titres musulmans (26me ed.). Paris, 1878; Grőnbech K. Komanisches Wőrterbuch. Türkischer Wőrtindex zu Codex Cumanicus.Kopenhagen, 1942; Grousset R. L'empire des Steppes. Paris, 1939; Le chapitre CVII du Yuan che avec des notes supplémentaires / par Paul Pelliot (Suppl. À Toung Pao, XXXVIII). Leiden, 1945; Histoire Universelle de Rashid al-Din Fadl Allah Abul-Khair, I, Histoire des Francs. Texte persan avec trad. et annot. Leiden, 1951; Kotwicz W. Contributions aux études altaiques A-B // Coll. Orientalia. -1932. Nr. 2; En marge des lettres des il-khans de Perse retrouvées par AbelRemusat // Coll. Orientalia. – 1933. Nr. 4; Quelques mots encore sur les lettres des il-khans de Perse retrouvées par Abel-Remusat // Сoll. Orientalia. – 1936. Nr. 10; Les Mongols et la Papauté / Compte rendu de P. Pelliot // Rocz. Orient. II. – 1925. Р. 276-279; Pelliot P. Chrétiens d'Asie Centrale еt d'Extrême-Orient // Toung Pao. – 1914. XV. Р. 623644; Pelliot Les Mongols et la Papauté // Revue de l'Orient chrétien. 1923, 1924, 1931. № X XIII, 1-2; XXIV, 3-4; XXVIII, 1-2, Remusat А. Mémoires sur les relations politiques des princes chrétiens et particulièrement des rois de France, avec les empereurs mongols… – Paris, 1824; Richard J. Le début des relations entre la papauté et les Mongols de Perse // Journal Asiatique. – 1949. t. 237; Schmidt I. J., Spuler B. Compte rendu du livre de K. Jahn, Histoire Universelle, etc. // Orient. -1952. No. 1. P. 130-131; Tissérant E., Card. Une lettre de l'Ilkhan de Perse Abaga, adressée en 1268 au Pape Clement IV // Muséon. -1946. t. LIX 1-4. – P. 547-556.
  5. Aigle D. De la non-négociation à l'alliance inaboutie. Réflexions sur la diplomatie entre les grands Mongols et l'Occident latin // Orient moderne. – 2008. Vol. 88/2.
  6. Mostaert А.Woodman Cleaves Fr. Trois documents mongols des Archives secrètes Vaticanes // Harvard Journal of Asiatic Studies. 1952. Vol. 15. No. 3/4. Р. 419-506.
  7. Гришунин А. Л. Исследовательские аспекты текстологии. – М.: Наследие, 1998. –С.34.
  8. Richard, Jean. Le début des relations entre la Papauté et les Mongols de Perse // Journal Asiatique. – 1949. № 237. – Р. 287-293.
  9. Histoire des campagnes de Gengis Khan = Cheng-wou ts'in-tcheng lou / traduit et annoté par Paul Pelliot et Louis Hambis. Leiden: E.J. Brill, 1951. Р.
  10. Henning W. Selected Papers (Ancient Near East, No 1). Leiden [u.a.] : Brill [u.a.], 1977. Р. 89.
  11. Histoire des campagnes de Gengis Khan = Cheng-wou ts'in-tcheng lou / traduit et annoté par Paul Pelliot et Louis Hambis. Leiden: E.J. Brill, 1951. Р.
  12. Introduction a l'histoire. des Mongols de Fadl Allah Rachid ed-Din / Par. E.Blochet. Leiden [u.a.]: Brill [u.a.], 1910. Р. 232; B. Spuler. Politik, Verwaltung und Kultur der Ilchanzeit 1220-1350. Berlin : Akademie-Verlag,
  13. Mostaert А.Woodman Cleaves. Trois documents mongols des Archives secrètes de Vaticanes // Harvard Journal of Asiatic Studies. 1952. Vol. 15. No. 3/4. Р. 492.
Фамилия автора: Шаймарданова З. Д.
Источник ➝

Янтарь, молоко и навоз: как лечились во Львове во время средневековых эпидемий

Эпидемии из-за инфекционных болезней были распространены на протяжении многих веков. Они зафиксированы еще в Библии.

То, что происходит сейчас в мире вследствие коронавируса, на фоне событий прошлых веков выглядит достаточно оптимистичным. Несмотря ни на что, основная рекомендация по поводу борьбы с болезнью как тогда, так и сейчас, не изменилась — полная изоляция от остального общества в собственных домах.

Янтарь, молоко и навоз: как лечились во Львове во время средневековых эпидемий, изображение №1

Сведения об эпидемиях и других инфекционных заболевания зафиксированы в городских документах, которые сохранились от XIV века в архиве города Львова.

Их собрал и обобщил известный львовский историк-архивист, который жил в XIX веке, Денис Зубрицкий. В «Хронике города Львова» он подытожил то, что удалось записать с архивных документов магистрата городп на протяжении многих веков. Об этом рассказал историк Иван Северянка.

«Зубрицкий описывает, что первая зафиксированная эпидемия была в начале XV века, в 1439 году. В книге написано: «В Польше был голод и мор, поэтому король с семьей и двором переехал на зиму во Львов». То есть конкретно во Львове именно в тот год эпидемии не было. Эпидемии чего именно — не указано, так как для тогдашних людей инфекционные болезни в целом сводились к определению — мор или поветрие. К ним относилась чума, холера, дизентерия и другие болезни», - рассказывает Иван Северянка.

Заболевания тогда распространялись очень быстро за счет антисанитарных условий. Большие города, где люди жили внутри стен, а именно таким городом был и Львов, приводили к большим скоплениям. В населенных пунктах хорошо не убирали, соответственно инфекция распространялась очень быстро.

Янтарь, молоко и навоз: как лечились во Львове во время средневековых эпидемий, изображение №2

«Что касается уборки, то в городе назначали специальных служащих, которые должны следить за уборкой. Ее качество зависело от того, насколько добросовестными были эти люди и насколько им хорошо платили. Если им не платили, они либо убирали, либо нет. Сознание людей была очень низким. Они выливали нечистоты или помои просто из окна на улицу.

А на улице шел так называемый риншток, в котором собирались сточные воды в канализацию. Во Львове были два больших канала. Как пишет Зубрицкий, это были два подземных хода высотой в человеческий рост. Там стекали дождевые воды и то, что выливали жители. А также там текла грязная вода Полтви. Часто жители выбрасывали в те рвы еще и дохлую скотину. Поэтому питьевая вода была некачественная и также усиливала вероятность инфекций », - рассказывает историк.

Рецепты борьбы с эпидемией в Средневековье

Как рассказывает историк, Львов был в довольно выигрышном положении по сравнению с другими городами региона, потому что здесь был высокий уровень образованности правящей верхушки. Все члены Львовского магистрата и городского суда, как правило, были докторами, имели ученые степени по медицине, теологии или праву, учились в европейских университетах. Из-за этого здесь было много медиков по специальности.

«У них к тому времени были прогрессивные представления, как бороться с болезнями. Однако в целом среди ремесленников и купцов уровень сознания и научных знаний был достаточно низкий. Люди боролись достаточно странными методами с заболеваниями.

Среди мещанства существовали необычные представления о том, как надо бороться с эпидемиями. Не карантином, а, например, отпугиванием болезни посредством сжигания навоза. Считали, что если запахом сожженного навоза подкурить камяницу (дом), можно отпугнуть заболевание. Часто с той же целью — отпугнуть болезнь — вывешивали черепа крупных животных. Лошадиные или коровьи черепа подвешивали на цепях, чтобы они качались. Считалось, что тогда болезнь боялась зайти в помещение.

Еще один странный метод — закопаться в навоз по шею.

Аптекари же продавали как лекарство от эпидемии янтарь, растворенный в молоке. Они выдавали это за лекарство. Как это выглядело, неизвестно, потому что, наверное, невозможно растворить янтарь в молоке.

На самом деле лекарств тогда от инфекционных болезней практически не было и врачи пытались вводить карантин », - рассказывает Северянка.

Как в старом Львове внедряли чрезвычайное положение?

Исследователь Львова Илько Лемко в своей книге «Любовь и смерть» описывает тогдашний город во время эпидемии, а в частности, как происходили карантинные мероприятия в городе: «Мор хуже татарина, говорили львовяне, потому что татарина видно, а зараза невидима. Львовская городская власть, обученная последними эпидемиями, сразу начала принимать решительные меры для предотвращения мора и борьбы с ним. Объявлялось состояние «воздушной тревоги» и решительно наказывались все проявления паники. Едва слухи о море достигали Львова, магистрат распоряжался по поводу пургации (чистки) города ...

Все подъезды к городу перекрывались, у Галицкой и Краковской брам и Иезуитской калитки стояла карантинная сторожа и никого из чужих в город не пускали».

Очень похоже все происходит во Львове и в настоящее время — так же, как и несколько веков назад. Дают указания мыть тротуары, запрещают проводить массовые собрания, советуют не поддаваться панике. Средневековые антиэпидемиологические мероприятия в книге Лемко описываются так: «Обязательно надо закрыть все школы и максимально ограничить торговлю, - продолжал дальше бургомистр, - я дам приказ отменить все ярмарочные дни и прикажу торговать только продовольствием и всем необходимым после тщательной проверки. Также желательно запретить цеховые собрания, всевозможные забавы, торговлю изношенными вещами, среди которых могут быть вещи умерших. Зараженных больных надо немедленно направлять в госпиталь святого Станислава, их одежду обязательно сжигать, а умерших нищих прятать за счет города. Надо, чтобы Ципак следил за тем, чтобы на улицах и площадях города не скапливалось много людей, и вылавливали всевозможных безумных и паникеров. В случае, если станут известны отдельные зараженные участки, окопать их окопами и перекопать к ним все дороги.

— На всех брамах домов завтра утром, - добавил староста, - прибить распоряжение магистрата о мерах против мора. Надо призывать людей не контактировать с незнакомцами, не принимать на работу новую челядь и новых братьев или сестер в монастыри. Потому, помните, в прошлый раз мор начался из-за Сидляра из Перемышля, а годом ранее из-за служанки из Сыхова, болезнь которой сначала скрыл ее хозяин. Городской суд должен приостановить рассмотрение всех дел, и только нотариусы должны продолжать оформлять завещания, но исключительно для смертельно больных.

— И наконец, - заключил перечень мероприятий бургомистр, - рекомендовать не посещать бани и не ходить в костелы, церкви и синагоги... ».

Янтарь, молоко и навоз: как лечились во Львове во время средневековых эпидемий, изображение №3

То, что болезнь передавалась в том числе и от духовников, подтверждает и историк Иван Северянка.

«Очень четко зафиксированы в источниках примеры занесения заразы извне. Описание этой болезни оставил Ян Алембек (Иоганн Альнпек) — городской райца, затем бургомистр Львова, человек, который характеризовался высокой образованностью.

Алембек описывает 1623 год, когда монах ордена кармелитов привез мор из Кракова. 15 монахов из монастыря заразились и впоследствии умерли, а из монастыря инфекция распространилась на весь город. Тогда останавливалась работа целого города и горсовета. Алембек так описывает тогдашние события:

«Прекратилась всякая торговля и ремесла, деятельность судов, оборвались все социальные связи. Богатые и все кто только мог, бежали из зараженного города, ища убежища от эпидемии по селам».

Поскольку все члены городского управления бежали или вымерли, власть сосредоточивалась в руках одного человека, бургомистра города Мартина Кампиана. Он остался сознательно, чтобы сохранить в городе хоть какой-то порядок.

В том году жертвами эпидемии стало 20 000 человек во Львове и близлежащих селах », - рассказывает Иван Северянка.

Янтарь, молоко и навоз: как лечились во Львове во время средневековых эпидемий, изображение №4

Кроме страшной эпидемии, в город того года ворвались еще и татары, забрали ясырь, захватив в плен мирных жителей, и опустошили окрестности Львова. Еще одна беда, которая тогда накрыла Львов — пожар, который уничтожил Краковское предместье, где сгорели сотни домов.

«Тогда господствовало мнение, что переносит заразу собственно сам человек. Львовяне еще не знали, что основными переносчиками инфекции являются насекомые, черви, крысы и мыши, - пишет Илья Лемко. — Кто-то распространял слухи, что заразу переносят домашние животные, и тогда от рук хозяев погибало много домашних любимцев — кошек и собак.

Затем во Львове появлялось все больше дворов, забитых досками, и таким образом обозначенных знаком смерти. Люди бежали из города в леса и поля, там умирали, а дикий зверь, поощряемый большим количеством трупов и пустотой дорог и пригородных окрестностей, двигался под стены города. Жители пригородов бросали поля и огороды, прекращалась торговля, обрывались коммуникации с миром, путники, ехавшие неделями и месяцами до желаемой цели, оставались голодные посреди чистого поля, потому что даже придорожные корчмы и шинки запирали. Мародеры грабили дома умерших от заразы».

Эпидемии новых времен

Впечатляющие эпидемии описаны и во времена осады Львова войсками Хмельницкого. Так регент Львова Андрей Чехович, также медик по образованию, пишет: «Бедные люди поддерживали жизнь разве что яблоком и сельдью, а жажду утоляли водой смешанной с грязью, потому что не хватало чистой воды. Через потребления таких продуктов и напитков среди людей начались бесчисленные болезни. Голод многих довел до смерти — к этому добавлялось бесплодие, лихорадка, горячка, дизентерия, которые ничем не удавалось остановить и которые не покидали больных до самой могилы. Весь город — улицы, рынки, кладбище, а особенно место у Катедры, превратились в госпиталя. Нельзя было увидеть ни одного уголка, свободного от больных и невыносимой вони. Этот город не был в таком состоянии и никогда еще не испытывал такого тяжкого гнета и уничтожения граждан. Собрались все несчастья и ударили с такой силой, что казалось их могло быть больше ». Так автор описывает 1648 год.

Аналогичной была ситуация после ухода шведов из Львова 1704 года. Зубрицкий пишет, что после их отступления распространилась эпидемия. Продолжался мор тогда два года.

Эпидемии во Львове были большой бедой, и к ним часто присоединялись войны, голод, нехватка продовольствия, вражеские нападения с разных сторон и неурожаи.

В течение последних двух столетий они были уже не такими частыми — наука ушла вперед, и люди научились сопротивляться инфекциям. Но не всегда. Например, во время эпидемии холеры, которая была в 1830-1831 лет в Галичине умерло почти 35 000 человек. В самом Львове умерла половина из тех, кто заболел. Не обошла Львов и «испанка». В течение 1918-1920 годов грипп унес жизни нескольких сотен жителей города. А это больше, чем погибло от украинского-польского вооруженного противостояния, длившегося в городе в то же время.

Татьяна Яворская

Картина дня

))}
Loading...
наверх