Свежие комментарии

  • злодей злодейский
    нет ничего тупее чем натыкать сканов с книги.ДЕНИС ДАВЫДОВ: МИ...
  • абрам вербин
    Можно покрупней сделать текст?ДЕНИС ДАВЫДОВ: МИ...
  • Михаил Ачаев
    Не было тогда всемирной китайской фабрики, всё стоило дорого.Сколько будет сто...

Договоры Олега с греками через призму археологии.

 Договоры Олега с греками через призму археологии.

«Олег же, немного отойдя от столицы, начал переговоры о мире с греческими царями Леоном и Александром и послал к ним в столицу Карла, Фарлафа, Вермуда, Рулава и Стемида со словами: "Платите мне дань". И сказали греки: "Что хочешь, дадим тебе". И приказал Олег дать воинам своим на 2000 кораблей по 12 гривен на уключину, а затем дать дань для русских городов: прежде всего для Киева, затем для Чернигова, для Переяславля, для Полоцка, для Ростова, для Любеча и для других городов: ибо по этим городам сидят великие князья, подвластные Олегу».  (ПВЛ).
Считается, что в ПВЛ приведен подлинный текст договора руси с греками, переведенный с византийских копийных книг или хранившийся в княжеском архиве, что в принципе не суть важно. Дело не в этом. В договоре упоминаются некоторые древнерусские города, существование которых в начале Х века археологами ставится под сомнение.  Прежде всего, это Перяславль, Любечь, Ростов. Не меньше вопросов имеется по Чернигову и Полоцку и даже по самому Киеву. Чтобы не быть голословным приведу цитаты из трудов археологов.

Ростов: «В общей стратиграфии культурного слоя Ростова  горизонт  мерянского  посёлка  непосредственно предшествует  собственно  городским  отложениям.

По данным раскопок,городская территория с присущими ей особенностями начинает формироваться в 60–80-е гг. Х в. Наиболее ранняя дендродата образца из культурного слоя города указывает 963 г. (Леонтьев, Самойлович, Черных, 1996, с. 3), первые археологически зафиксированные постройки появились после 980 г. (Леонтьев, 1998, с. 135–153; Самойлович, 2001,  с. 238).  С  этого  времени  наблюдается  свойственное городам долговременное постоянство усадебной планировки». ( Русь в 1Х-Х1 веках: Археологическая панорама. 2012. Стр. 173.)
Любеч: «При раскопках  города в его различных  частях (Замке,  Подоле,  Окольном  граде  и  Предградье) были  найдены  фрагменты  лепной  роменской керамики, что позволило говорить  о наличии культурного  слоя  роменского  поселения  VIII–IX  вв. Закрытые  комплексы с роменской посудой Предградья показали другую картину – все эти объекты содержали также гончарную древнерусскую посуду Х  в… С округой Любеча связаны курганные могильники  с  кремациями  и  поселения  Х  в.,  расположенные в радиусе 10–12 км: на северо-востоке от города  – Голубовка, Мохначи, Пересаж, Воробье; на  востоке   –  Галков;  на  юго-востоке  –  Клонов (Шекун, Веремейчик, 1988, 2009, с. 99–100; Моця, 1990 а, с. 124). В  могильнике Клонов I (197 курганов) исследованы 17 погребений по обряду кремации на месте, на стороне и ингумации середины – второй половины Х в. (Моця, 1988). В могильнике у с. Пересаж (136 курганов) исследованы 44 кургана – все с кремационными погребениями второй–третьей четвертей Х в.» ( Русь в 1Х-Х1 веках: Археологическая панорама. 2012. Стр. 357)
Переяславль: «Сумма  археологических  наблюдений  над  распространением  славянских памятников VIII–X  вв. демонстрировала отчётливаю лакуну на месте исторического ядра Переяславльского княжества (Сухобоков, 1975, карты 3, 4), а исследование территории самого города так и не принесло материалов ранее конца Х в. (Юра, Кучера, 1986). Временем не ранее конца Х  в.  датировалось и возникновение курганных могильников Переяславля (Моця, 1990). Проанализировав  накопленные  археологические  данные, А. В. Колыбенко  сделал  закономерный  вывод об  основании  города  на  свободном  от  поселений месте лишь в период 988–992 гг.» (Русь в 1Х-Х1 веках: Археологическая панорама. 2012. Стр. 362)
Чернигов: «С территории города в настоящее время не происходит ни одной, даже случайной, находки узко датируемых предметов VIII–IX вв. волынцевских горизонтов Харьевки (вторая четверть VIII в.), Фотовижа1 (третья четверть VIII в.), Битицы (775–825 гг.) или раннероменских горизонтов Опошни (вторая четверть IX в.) и Новотроицкого (вторая – третья трети IX в.) (Комар, Сухобоков, 2004). Всё это оставляет предположения о
существовании на территории Чернигова волынцевского  или  раннероменского  поселения  VIII–IX  вв. лишь в области научных ожиданий, но не фактов…. Развитие укреплений Чернигова представляется следующим (рис. 2):этап  I  (рубеж  IX–X  вв.)  – возведение первого городища на Детинце (около 7 га),  возникновение рядом открытого роменско-древнерусского посада и небольшого поселения на Елецком мысе; этап II  (вторая  половина  Х  в.,  после 960  г.)  – уничтожение старого вала и расширение городища  до размеров Детинца (13 га); сооружение первой частокольной  линии  укреплений  Окольного  града  и укреплений гавани; этап III (20–30-е гг. ХI в.) – сооружение новых укреплений Окольного града и обновление деревянных сооружений Детинца… В  середине  Х  в.  Чернигов  –  самый  крупный древнерусский город Днепровского Левобережья и, одновременно, пограничный с северянскими землями населения роменской культуры.» (Русь в 1Х-Х1 веках: Археологическая панорама. 2012)
Полоцк: «Размеры Полоцкого городища – всего 73 Ч 75 м, а его основная верхняя площадка и того меньше – 75 Ч 40 м (Штыхов, 1975, с. 21). В первые века своей истории поселение было невелико, и у его обитателей не  было физических и военных возможностей для освоения территории Верхнего Замка. Да и Западно­Двинский водный путь, похоже, не играл заметной роли в их  жизни.  Учитывая  облик раннего городка, вряд ли можно сейчас вслед за Ю. М. Лесманом  и С. В. Белецким  всерьёз говорить  о начале Полоцка как о «варяжском» периоде в его истории (Белецкий, Лесман, 1979, с. 311). Итог дискуссии о «варяжском» Полоцке спустя тридцать лет подвёл И. Янссон: «Можно предположить, что достаточно большие группы скандинавов переселились на Русь и что они играли важную роль не только в экономических, но также в военных и политических процессах. Полоцк является исключением.  Классических  скандинавских  находок  в этом городе не найдено» (Янсон, 2009, с. 208). Тот же автор подчеркнул своеобразие планировки Полоцка и отличие топографической структуры древнерусского  города  от скандинавских  королевских резиденций… Какие выводы мы можем сделать из приведённых  выше  археологических  материалов?  Первое, что  следует  сказать  – каких ­либо  оснований  рассматривать  Полоцк конца IX – начала X в.  в одном ряду с такими раннегородскими центрами, как Ладога, Рюриково городище, Псков, Гнёздово или Киев, у нас пока нет. Похоже, даже соседний Витебск был в это время более богат и значим… Помимо  Сказания  о  призвании  варягов,  Полоцк, как  известно,  фигурирует в  летописном  изложении договора Олега с греками 907 г… Находим ли мы в Полоцке в момент русско­-византийских переговоров археологические следы купцов, ежегодно отправлявших торговые караваны в столицу империи? Думается, ответ пока должен быть отрицательным. Нам трудно представить, что в конце IX – начале Х в. обитатели вышеописанного Полоцкого городища и двух селищ у его подножия имели какие-то самостоятельные и регулярные торговые дела в Константинополе». (Русь в 1Х-Х1 веках: Археологическая панорама. 2012. 290).
Итог. Единственное возможное объяснение появления, вышеперечисленных, городов в договоре Олега с греками, это редакция его текста в пользу существующих во время составления ПВЛ историко-географических реалий. Но в таком случае, насколько достоверным может быть и все остальное написанное в договоре, включая имена послов? И последнее, та же самая проблема прослеживается и с легендой о призвании варягов. В описываемый в ней период большинство из упомянутых в легенде городов тоже не существовало.

источник

Картина дня

наверх