Особенности политической борьбы в Монгольской империи в XIII в.

Казалось бы, Чингис-хан обладал абсолютной полнотой власти, но уже в процессе разворачивающихся завоеваний он почувствовал, что расширение империи чревато и появлением сепаратизма. В1221 г. три брата — Джучи, Чагатай и Угэдэй — взяли Ургенч, столицу Хорезма, и из добычи не выделили доли отцу. Чингис-хан не хотел принимать их после этого, и лишь ближайшим соратникам — Мухали, Боорчу и Шихи-Ху-туху удалось немного смягчить хана. Он принял сыновей, но жёстко отчитал. На схожей почве происходит обострение его отношений со старшим сыном.

Джучи первый получил улус, играл важную роль при хане и как многие считают, проявил признаки сепаратизма.

Выборы преемника интересны тем, что на них впервые произошло столкновение интересов центра и улусов. Воля Чингиса нуждалась в подкреплении, которое далось нелегко. С одной стороны, наметилась борьба за ханский престол iii некоторым косвенным данным на это место претендовал самый младший, при этом достаточно амбициозный Толуй, с другой — уже проявляются интересы образовавшихся улусов — к их выразителю можно отнести Чагатая, который делает ставку на слабого хана и поддерживает покладистого Угэдэя, конечно, ссылаясь на волю Чингис-хана.

Намереваясь править собственным улусом, он предпочитал Толую — прекрасному полководцу и, видимо, потенциально сильному правителю — слабого брата, которым можно было бы управлять.

Любопытно, что во время похода в Китай в 1231 г. Толуй, бывший при Угэдэе, сказал такую фразу: «Блаженной памяти родитель наш, государь, Чингис-хан, выбрав тебя, старший брат мой и царь, выбрав, как выбирают мерина, и, ошупав, как ошупывают барана, тебе лично указал на великий царский престол и на твоё величество возложил всенародное бремя. А мне ведь повелено только быть возле хана, старшего брата, чтобы будить его от сна и напоминать позабытое. И если б теперь я не уберёг тебя, то кого же стал бы будить от сна и напоминать позабытое. И именно сейчас я заступлю своего брата и государя, когда на самом деле с ним ещё ничего не случилось, но все монголы уже полны сиротской скорби, а китайцы — ликования. Я ломал хребет у тайменя, я сокрушал хребет у осетра. Я побеждал пред лицом твоим, я сражался и за глазами. Высок я станом и красив лицом». Можно истолковать данную речь, приписываемую Толую, как наличие у него великоханских амбиций, которым, впрочем, не суждено было сбыться.

Все вопросы и законы Угэдэй согласовывал с Чагатаем или с участием всех Чингизидов. Т. е. выбор Угэдэя означал стремление Чингис-хана сохранить родовой принцип управления, чего могло и не получиться, выбери он амбициозных его братьев. Этот коллективизм тоже должен был сохранить целостность империи, также как коллективное участие всех Чингизидов в походах.

Возведение Гуюка на трон после смерти Угэдэя — это, фактически, попытка создать единую упорядоченную систему наследования и, соответственно, укрепление центральной власти. Но опереться Гуюку было не на кого. Только Чагатаиды, соперничавшие с Джучидами, могли поддержать Гуюка, но и то лишь на время. Так что за Гуюком был только собственный юрт — Монголия. И вот наиболее сильный улус — улус Джучи — бросил ему вызов. Поводом для этого стал тот факт, что Бату не явился на курултай по избранию Гуюка в 1245 г., сославшись на слабое здоровье9. Попытка привести его к покорности — карательный поход против Бату в 1248 г. закончился в результате подозрительно внезапной смерти Гуюка.

Теперь очень многое зависело от того, кто сядет в Каракоруме — будет ли центр считаться с интересами улусов или попытается подчинить их. Бату сделал ставку на род Толуя — Толуидьг не имели собственного улуса и нуждались в поддержке. Бату, с одной стороны, был заинтересован в целостности империи — ведь это в целом сохранение мощи монголов, но с другой, место великого хана всё равно будет занято, и было важно, чтобы это был свой человек.

После смерти Гуюка организатором нового курултая был Бату. Он призвал всех Чингизидов в свой улус, но потомки Угэдэя и Чагатая отказались прибыть, утверждая, что согласно традиции, курултай должен быть проведён в коренном юрте — на Ононе и Керулене. И Бату провёл в 1250 г. подготовительный курултай с участием Джучидов и Толуидов, где произошло выдвижение Менгу на ханский трон. А в 1251 г., когда был организован созыв великого курултая в Монголии, Бату отправил на него своих младших братьев Берке и Буха-Тимура с большим войском для поддержки своего кандидата. Но и туда потомки Угэдэя и Чагатая не прибыли. Берке запросил указаний у Бату, и тот дал указание, опиравшееся на реальную военную силу, посадить на белый войлок Менгу, а тех Чингизидов, кто не явится за нарушение ясы — закона Чингис-хана — казнить. В результате Менгу был избран, а попытавшиеся противодействовать этому потомки Угэдэя и Чагатая были казнены.

Нельзя сказать, что даже на столь подконтрольном Бату курултае не было разногласий. Элджидай (сын Хачиуна, младшего брата Чингиса), ссылаясь на слова Чингиса о том, что править должен род Угэдэя, «пока есть от него хоть кусок мяса, который если травой обернуть и корова не съест, и если жиром обернуть, то и собака не съест», то всё равно он должен править. На это возразил Хубилай, младший брат Менгу, сказавший, что род Угэдэя сам первый нарушил ясу Чингиса. Ведь Угэдэй завещал передать власть своему внуку Ширему-ну, а её захватил Гуюк.

Менгу, по крайней мере, поначалу, оправдывал надежды Бату. Он хотя и вовсе не был его марионеткой, но пока правил, не вмешивался в дела улуса Джучи и даже сдерживал порывы своего брата Хулагу, который уже устремился на завоевание Ирана и далее неизбежно должен был столкнуться с Джучи-дами в Закавказье. Бату использовал Менгу в уничтожении Чагатаидов, но прикрывал его тылы, помогал в процессе завоевания Китая. Центр империи в это время уже не мог существовать без поддержки улусов.

Менгу, конечно, не был абсолютно покорен Бату на посту великого хана. Об этом и речи не могло быть. Просто они оба были нужны друг другу. Менгу нужен был могущественный союзник для обеспечения целостности империи, Бату нужен был союзник на ханском столе, который не затрагивал бы интересы улуса Джучи. Менгу мог свободно действовать во всех направлениях, кроме западного.

Венцом борьбы центра и улусов стало противостояние Хубилая и Ариг-Буги. Борьба двух братьев, безусловно, кроме прочего, была борьбой между монгольской традицией править, «сидя на коне», из центра и улусной политикой закрепления на завоёванных территориях. Хубилай уже, по сути, выступал как император Юань, а не как Монгольский каган.

В новых условиях Ариг-Буга не имел серьёзной опоры. Он попытался воспользоваться тем, что находился в Монголии, когда основные войска во главе с Хубилаем вели войну против Сун. Нахождение в коренном юрте, по мнению традиционалиста, давало ему право на главенство. Были, конечно, посланы приглашения на курултай всем чингизидам, но Ариг-Буга со сторонниками решили избирать, не дожидаясь их прибытия. Официально было объявлено, что улус Джучи, Хулагу и прочие поддерживают его. А Хубилай в Китае провёл свой курултай, хотя тоже объявил о его поддержке со стороны других улусов. Ариг-Буга — сторонник традиций — думал, что, опираясь на монгольский улус, он имеет больше прав. А Хубилай в этих условиях мог опереться только на Китай и монгольские войска, там находящиеся, и он порвал с традициями. Хубилай победил, и вместе с ним победила улусная система. Формально он ещё отправлял назначения правителям других улусов, но реально никак на них не влиял.

Можно отметить ещё один важный фактор, который влиял на политическую жизнь в империи, — роль ближайших ханских советников. Она менялась в процессе завоевательной политики: сначала они — боевые друзья юности, преданностью заслужившие свои места. Их наследники — это уже чиновники на службе, и о былой близости, конечно, здесь говорить не приходится.

Часто опытные командующие ставились по статусу выше даже Чингизидов. Субудай, Урянхатай, Мухали, Боорчу — их голос в важнейших вопросах звучал весомо. А в военных походах нередко был решающим. Так, Менту, направляя войска против Сун, ставил крупнейшего своего полководца Урянхатая на один уровень с собственным братом Хубилаем в вопросах командования.


Но что следует выделить особо как новый фактор политической жизни, появившийся в процессе завоеваний, так это роль местной знати. С завоеванием многочисленных народов и появлением улусов их монгольским правителям неизбежно приходится опираться на местную знать, без чего невозможно было этими улусами управлять. Большинство народов были оседлыми или полуосёдлыми, опыта управления которыми у монголов не было. А при этом неизбежно приходилось считаться с интересами местной знати, которая этот фактор использовала в своих интересах.

Елюй Чуцай, бывший чиновник династии Цзинь, защищал интересы китайского населения, русские князья Ярослав Всеволодович и Александр Ярославич использовали Бату для внутренней борьбы и для защиты от имперской политики Каракорума. Когда сначала в имперскую столицу Каракорум поехал сын великого князя владимирского Константин Ярославич, а сам Ярослав ездил в Сарай, великий каган Гуюк счёл это оскорблением — великий князь поехал к Бату, а в Монголию послал сына. Именно это, возможно, стало причиной отравления Ярослава в Каракоруме, когда тот всё-таки прибыл к Гуюку. Этим, возможно, и объясняется ориентация Александра Невского на Бату. Ему нужна была защита от империи, а Бату нужен был союзник против Гуюка.

Александр Ярославич получил в Каракоруме ярлык на разорённый киевский удел, а его младший брат, Андрей, — стольный Владимир. Между братьями возникла вражда, и Александр сделал ставку на Бату как противника имперского центра. Карательная Неврюева рать 1252 г., кроме прочего, была частью политического противостояния улуса Джучи и Каракорума. Александр мог бы и сам справиться с братом, но тогда он посягнул бы на волю великого хана, что могло привести к карательным акциям. Пусть это сделает Бату.

Александр поехал в Орду к Бату с жалобой на брата, заодно обвинив его в неплатежах дани. Бату тоже сделал ставку не на ставленника Каракорума Андрея, а на Александра. Хотя в самом Каракоруме в это время уже сидел Менгу, но Андрея-то поставила вдова Гуюка Огуль-Гаймиш в 1248-1249 гг. В результате Неврюева рать ликвидировала зависимость от Каракорума и переподчинила Русь Орде. Разворачивалась новая улусная политика, которая была уже не связана с общеимперскими делами.

Махмуд Ялвач добивался привилегии для мусульманских купцов и максимально использовал торговые возможности, которые обеспечивала империя. Джувейни и Рашид ад-Дин, ставшие видными чиновниками при Хулагуидах, также использовали монголов для защиты персидских интересов в борьбе с арабами, и их не смущали различия в религиях.

Роль местной знати увеличивалась ещё и потому, что воинские контингенты в улусах теперь уже не были чисто монгольскими, и даже были монгольскими в меньшей степени. Их интересы нельзя было не учитывать. Конечно, везде этот фактор проявлялся в разной степени. В наибольшей мере он сказывался в улусах Чагатая и степных владениях Джучи, где монголы активно включали в свои подразделения тюркские контингенты. В меньшей — в оседлых странах — Китае, Иране, Руси, но и там роль его была велика. Впоследствии близость отношений ордынских правителей с московскими князьями была не только в интересах последних.

При рассмотрении политической борьбы в Монгольской империи нельзя пройти мимо участия в ней женщин. Неоднократно женщины в империи играли важную политическую роль. Оэлун и Бортэ (мать и жена Чингис-хана соответственно) — в возвышении Чингиса. Идею о выборе наследника Чингис-хану подсказала его жена татарка Есуй. Причём сделала она это в довольно невежливой форме, намекнув, что он невечен. Чингис признал справедливость её слов и даже попенял своим ближайшим соратникам, что они не напомнили ему о бренности сущего

. Меркитка Дорэгэнэ, вдова Угэдэя, привела к власти Гуюка, Огуль-Гаймиш регентствовала после смерти своего мужа Гуюка. Р. Ю. Почекаев предполагает, что причиной возвышения Вату, который не был ни самым старшим, ни самым удачливым среди сыновей Джучи, было влияние Бортэ, поскольку мать Бату — Уки-хатун — была из племени хунгират, из которого происходила и сама Бортэ.

В монгольском кочевом обществе женщины традиционно имели больший вес, нежели во многих странах Востока. Можно также упомянуть о стремлении женщин продвинуть на престол своих детей в условиях многожёнства.

Говоря о специфике политической жизни в Монгольской империи, можно выделить основные её моменты. Прежде всего, хотелось бы отметить, что родовые принципы всегда имели важное значение в политической жизни. Это естественно, поскольку кочевая организация сохранялась, и именно она служила базисом для завоеваний.

Можно также видеть, что важной составляющей политической борьбы было противостояние имперского центра и улусов. При этом улусная организация неизбежно взяла верх над централизацией в процессе завоеваний — отсюда и распад империи.

Завоевания привели к разбуханию империи, и управлять ею централизованно из Монголии не имелось никакой возможности — улусная организация была неизбежна. К этому подталкивал и первоначально принцип семейного владения всей империей. Но появление улусов столь же неизбежно привело к расхождению их интересов с интересами центра. Тем более что центр играл роль классического паразита, а улусным правителям приходилось благоустраивать своё новое владение. Именно поэтому местная знать поддерживала улусных правителей против Каракорума, раз уж приходилось выбирать какое-то из зол.

Цитируется по: В.В. Мигин. Особенности политической борьбы в Монгольской империи в XIII в.

Источник ➝

Пятая колонна в США.Неудавшийся государственный переворот Уолл-стрит в 1934 году

«Война это всего лишь рэкет»..Генерал Смэдли Баттлер

 В США группа финансистов была воодушевлена победой нацистов в Германии.Тем более что эти господа с Уолл-Стрит активно финансировали НСДАП с 1920 года.Это была их победа тоже.

В 1934 году созрел заговор с совершением военного переворота и превращением США в нацистское государство и последующим военно--политическим союзом США—Германии—Японии и скорее всего европейских государств…..Союз мировых держав против СССР.

Бизнес-заговор:

В 1933 году группа богатых бизнесменов, в которую входили главы Chase Bank, GM, Goodyear, Standard Oil, семья DuPont и сенатор Прескотт Буш пытались подговорить генерал-майора морской пехоты Смедли Батлера провести военный переворот против президента Рузвельта и установить в Соединённых Штатах фашистскую диктатуру.

Да, это тот самый Прескотт Буш, который являлся отцом одного американского президента, и дедом другого. Смедли рассказал об этом комитету Конгресса в 1934 году.

СМЭДЛИ БАТТЛЕР

Генерал-майор Смедли Батлер. Хотя он родился в семье квакеров (пацифистского религиозного течения), Смедли в 16 лет записался в армию. Впервые он понюхал пороху в 1900 году (в 19 лет), когда участвовал в подавлении китайского Восстания боксеров. Его дальнейшая боевая служба, в основном, проходила в Южной и Центральной Америке - Никарагуа, Мексика, Гаити, Гондурас... Также он участовал в Первой мировой.

Батлер всегда славился как человек исключительно храбрый, предприимчивый и талантливый, но неуживчивый. Ярче всего это проявилось, когда в 1924-м он покинул морскую пехоту, чтобы заведовать пожарными и полицией в Филадельфии. Батлер организовал такие рьяные гонения на мафию, что через два года его выжили из города, и он вернулся в армию.

К 1930 году Батлер стал одним из самых уважаемых высших офицеров США. Он был многократно награжден, в том числе за личную храбрость. Однако ему отказали в назначении на пост главы корпуса морской пехоты, и в 1931-м генерал-майор ушел в отставку.

А затем началось самое интересное.

Батлер стал выступать с лекциями об истинном смысле американских военных операций.

Он говорил, что все 33 года на службе был "гангстером капитализма", отстаивавшим не интересы США, а интересы отдельных корпораций - нефтяных, банковских,продовольственных. Кроме того, Батлер активно сотрудничал с пацифистами и коммунистами-антифашистами.

ПРЕДЛОЖЕНИЕ

К Батлеру обратился Джеральд П. Макгуйар из компании Grayson M-P Murphy & Co с Уолл-стрит. По утверждениям Макгуйара, заговорщики могли собрать целую армию из 500 000 человек, в основном ветеранов Первой Мировой войны, и осуществить поход на столицу. Плутократы предлагали Батлеру возглавить государственный переворот, считая, что захват Вашингтона, как это было в Петрограде в 1917 году, приведёт к падению правительства.

Для начала Батлеру было предложено 3 миллиона долларов, а в будущем его ждали ещё 300 миллионов. Батлер дал своё согласие и участвовал в заговоре до тех пор, пока не выяснил личности всех заговорщиков. Позднее никто из них не был вызван для дачи показаний или привлечён к уголовной ответственности за государственную измену. Напротив, все эти люди стали основателями Совета по международным отношениям.

Руководство «Американской Лиги Свободы» осуществляли картели Дюпона и Дж. П. Моргана. Вчислокрупныхспонсороввходили Andrew Mellon Associates, Pew (Sun Oil), Rockefeller Associates, E.F. Hutton Associates, U.S. Steel, General Motors, Chase, Standard Oil и Goodyear Tires. Финансирование Лиги (и Гитлера, но это уже другая история) осуществлялось через объединение банков Union Banking Corporation под руководством сенатора Прескотта Буша (да-да, это именно те Буши) и инвестиционный банк Brown Brothers Harriman под руководством того же сенатора.

Заговорщики хвастались связями Буша с Гитлером и даже заявляли о том, что Германия обещала Бушу материально-техническую помощь для успешного осуществления государственного переворота. Это заявление не вызывает сомнений: годом ранее президент компании «Шевроле» Уильям Кнудсен (перечисливший Лиге 10 000 долларов) побывал в Германии, где встретился с лидерами нацистов, а по возвращении заявил, что Германия Гитлера является «чудом двадцатого века».

В то же время компания «Адам-Опель», полностью принадлежавшая компании «Дженерал Моторс»(позже национализирована),ещё с 1932 года начала производство танков, грузовиков и двигателей бомбардировщиков для нацистов.

Руководивший иностранными операциями компании вице-президент «Дженерал Моторс» Джеймс Д. Муни вместе с Генри Фордом и руководителем IBM Томом Уотсоном получили каждый от Гитлера Большой крест Немецкого Ордена Орла за значительные заслуги перед Третьим Рейхом.

РАЗОБЛАЧЕНИЕ

Баттлер не собирался участвовать в этом предательстве и узнав имена изменников предал их гласности.

В ноябре 1934 года прославленный дважды лауреат Почётного ордена Конгресса генерал Смедли Батлер тайно давал показания перед Комиссией Маккормака-Дикстейна, позже преобразованной в Комиссию по расследованию антиамериканской деятельности.

В ходе слушаний Батлер рассказал о заговоре под руководством группы богатых бизнесменов («Американская Лига Свободы»), целью которого являлось установление в Соединённых Штатах фашистской диктатуры с организацией концентрационных лагерей для «евреев и других нежелательных лиц».

СЛЕДСТВИЕ

«В течение нескольких последних недель комиссии были представлены свидетельства того, что некоторые лица пытались создать в этой стране фашистскую организацию… Не существует никаких сомнений в том, что эти попытки были предметом обсуждения и планирования. Метод и время их реализации зависели от решения со стороны лиц, непосредственно их финансирующих».

Доклад Комиссии Маккормака-Дикстейна

Комиссия выяснила, что показания генерала Батлера отвечают истине, и дискредитация его показаний оказалась для заговорщиков достаточно проблематичной. В дело немедленно вступила корпоративная пресса, которая опубликовала материалы, содержащие сомнения относительно личности ветерана войны, закрепив за ним характеристику «наивный».

Дискредитация от Кнудсена звучала следующим образом: «Праздный болтун коктейльных вечеринок». Этот отвлекающий аргумент был подхвачен информагентством Associated Press, которое выпустило материал под заголовком «Коктейльный путч». Мэр Нью-Йорка Фиорелло ЛаГуардия высмеял заговор таким образом – «кто-то на вечеринке подбросил эту идею бывшему морскому пехотинцу в виде шутки».

С 1934 по 1936 годы в «Нью-Йорк таймс» было опубликовано 35 передовиц в поддержку Лиги. Журнал «ТАЙМ» выставил Батлера посмешищем в своей главной статье от 3 декабря 1934 года, несмотря на то, что в написании статьи принимал участие руководитель «Организации ветеранов иностранных войн» Джеймс И. Ван Зандт, который заявлял о том, что ему также было сделано предложение примкнуть к заговорщикам.

Однако в начале 1935 года «ТАЙМ» всё же внёс примечание в одну из своих статей: «Также на прошлой неделе Комиссия по расследованию антиамериканской деятельности якобы сообщила, что результаты длившегося два месяца расследования не оставили сомнений в том, что рассказанная генералом Батлером история о фашистском марше на Вашингтон является тревожаще правдивой».

Только лишь газеты медиа-конгломерата Скриппса-Говарда поддержали президента Рузвельта и опубликовали правду.

ДАЛЬНЕЙШАЯ ИСТОРИЯ ЭКОНОМИЧЕСКИХ РОЯЛИСТОВ

Президент Рузвельт назвал заговорщиков «экономическими роялистами». 

3 января 1936 года в ходе совместного заседания Конгресса Рузвельт обрушился с критикой на «Американскую Лигу Свободы» и объявил об эмбарго поставок оружия в Италию.

«Наша блистательная экономическая аристократия не желает возвращения к тому индивидуализму, о котором они так много болтают. Она даже мечтала о том, чтобы преимущества этой системы принадлежали лишь сильным и безжалостным. Они понимают, что через 34 месяца мы создадим новые инструменты общественной власти.

В руках народного правительства это власть является цельной и надлежащей. Но в руках политиков, марионеток экономической аристократии, такая власть наденет кандалы на свободы человека. Позвольте им действовать по собственному усмотрению, и они будут вести политику любой аристократии прошлого – власть для избранных, порабощение народа».

Рузвельту так и не удалось привлечь заговорщиков к ответственности.

Он потерпел неудачу даже в обуздании Прескотта Буша, активы пронацистских предприятий которого были арестованы в 1942 году только для того, чтобы Буш в виде внезапного нагрянувшего счастья внезапно получил 1,5 миллиона долларов, когда в 1951 году эти активы были ему возвращены. 

Очевидно, что фашистское мировоззрение «экономических роялистов» никуда не ушло и является движущей силой восхождения (и в конечном итоге заката) Американской империи. В своё время Лига заявляла о себе как о бастионе для всех тех, кого заботили «обременительные налоги, наложенные на промышленность виде страхования безработицы и пенсионных выплат».

Лига стремилась «бороться с радикализмом» и «преподать урок уважения к частным правам и праву собственности, а также пестовать свободное частное предпринимательство».

Компании Дж. П. Моргана и Чэйза теперь слились в одну. Размеры состояний семей Меллон, Рокфеллер, Дюпон, Питкерн (Pittsburgh Plate Glass) и Пью приобрели космические масштабы. Пью и Рокфеллер объединились в закулисные фонды, финансирующие первичные политически организации.

Движение «Оккупируй» 1936 года 

Уильям С. Кнудсен был единственным заговорщиком, который отрёкся как от заговора, так и от симпатий к Гитлеру, и, как считается, выступил в «Дженерал Моторс» с инициативой пойти на мировую с участниками сидячей забастовки во Флинте. Низкооплачиваемые, работающие сверхурочно рабочие захватили предприятия компании, начав с завода Фишер №3, и отбивали атаки подконтрольной «Дженерал Моторс» полиции и нанятых компанией бандитов. Президент Рузвельт и губернатор штата Мичиган Франк Мэрфи вызвали Национальную гвардию, но не для ареста забастовщиков, а с целью защитить их от бандитов, выстроив из гвардейцев кордон между бастующими и головорезами. Отец и дед Мэрфи были ирландскими революционерами, которых повесили британцы, а поскольку многие из бастующих были его соотечественниками, он им откровенно симпатизировал.

По прошествии 44 дней Кнудсен, ставший к тому времени вице-президентом «Дженерал Моторс», заявил, что «пришло время коллективного ведения переговоров». Инициатива Кнудсена и его союзника Мотта, главного акционера и члена правления «Дженерал Моторс», дважды мэра Флинта, и убеждённого филантропа, привела к тому, что компания пошла на сделку, результатом которой стали 40-часовая рабочая неделя, плата за сверхурочные часы работы, права на организацию профсоюза, пенсии и пр.

Мотт даже позаботился о том, чтобы для рабочих и их семей на предприятиях были созданы поликлиники. Организатор заговора и президент «Дженерал Моторс» Альфред П. Слоан, который хотел вернуть свои заводы при помощи огнестрельного оружия, покинул пост руководителя компания, и её президентом стал Кнудсен. Нельзя сказать, что Кнудсеном руководили чисто альтруистические убеждения, поскольку через два года президент Рузвельт назначил его руководителем Национальной консультативной комиссии обороны.

В этот период Комитет военно-промышленного производства, председателем которого тоже был, как ни странно, Кнудсен, заключил с «Дженерал Моторс» контракты на вооружение на сумму около 12 миллиардов долларов. В то же время заводы компании «Опал», принадлежащей «Дженерал Моторс», произвели бóльшую часть грузовиков и двигателей бомбардировщиков на вооружении армии Гитлера. Это не повлекло за собой никакого уголовного преследования Кнудсена или «Дженерал Моторс». Напротив, датский иммигрант Кнудсен стал первым гражданским лицом, которому было присвоено звание генерал армии США.

Урок истории

Экономические роялисты, как отмечал Рузвельт, преследуют политику своих интересов, далёкую от нужд общественности. Поскольку они не понесли никакого наказания за подготовку государственного переворота, их элитистская идеология жива и поныне. В наши дни они просто подтасовывают результаты выборов, создают масштабные аппараты «безопасности» и арестовывают всех, кто стоит на пути их господства.

Мэр Нью-Йорка Майкл Блумберг, занимающий 12-ую строчку в списке самых богатых людей Америки с состоянием в размере 19,5 миллиардов долларов, недавно заявил:

«У меня есть своя армия в департаменте полиции Нью-Йорка, седьмая по размеру армия в мире. У меня есть свой собственный госдепартамент».

Скандинавы среди первопоселенцев Новгорода по данным археологии

Статья посвящена проблеме культурной и этнической характеристики первопоселенцев Новгорода и определению места скандинавов в жизни ранней городской общины. Дается критический обзор предшествующей историографии. Новое обращение к музейным коллекциям позволило увеличить количество скандинавских древностей и категорий находок из раннего культурного слоя, в то время как славянский компонент материальной культуры остается трудноуловимым. Скандинавы определенно присутствовали среди основателей первых усадеб города в 930–950-х гг.

Распределение скандинавских артефактов на городской территории предполагает свободное расселение
выходцев с севера и их престижные позиции в социальной топографии. Упомянутый в летописи «двор Поромонь» не может считаться местом компактного проживания варягов. Новгородские скандинавы однозначно сопоставимы с летописными варягами и отличались от руси как этносоциальной группы в Среднем Поднепровье, связанной с Рюриковичами. Закат скандинавского присутствия в Новгороде был обусловлен прекращением выплаты варяжской дани после смерти Ярослава Мудрого и находит отражение в данных археологии. Традиция российской науки недооценивать скандинавское присутствие в раннем Новгороде берет свои истоки в самоцензуре сталинской эпохи, превращаясь со временем в явление научной инерции.

Скандинавы среди первопоселенцев Новгорода по данным археологии..pdf

3.9 МБ

Картина дня

))}
Loading...
наверх