Свежие комментарии

  • Pciha Ivanova28 февраля, 17:46
    Бедные Миллер и Шлецер: Постсоветский патриотичный обыватель на них всех собак валит! Им -то все равно, но за советск..."Потерянное" приж...
  • Pciha Ivanova28 февраля, 17:42
    Спасибо: 11 томов сочинений Ломоносова хорошего разрешения просто любопытно почитать! С точки зрения понимания эпохи."Потерянное" приж...
  • Pciha Ivanova28 февраля, 17:37
    По смерти Ломоносова его трудами распоряжался граф Потемкин, а не Миллер и Шлёцер."Потерянное" приж...

«Хождение Пименово» о русско-ордынском пограничье

 

«Хождение Пименово» о русско-ордынском пограничье

В 1389 г. состоялась поездка русского митрополита Пимена в Константинополь. До нас дошел летописный рассказ об этой поездке, примечательный подробным описанием русско-ордынского пограничья в конце XIV в., подобное которому невозможно найти ни в одном другом источнике. В частности, из «Хождения Пименова» следует, что между крайней областью русского расселения и татарскими кочевьями лежала огромная ничейная никем не заселенная земля, путь по которой занимал много дней. Часть этой области была издавна освоена русской земледельческой колонизацией, но после основания Улуса Джучи русское население было либо истреблено, либо угнано в рабство, либо бежало на север. Единственным исключением к концу XIV в. оставалось Елецкое княжество, представлявшее собой изолированный русский анклав в Поле, однако в 1395 г. оно было разорено Тамерланом, а в 1414 г. окончательно разделило судьбу всех прочих южнорусских волостей: «Въ лето 6923, Сентября. Приидоша Татарове мнози и воеваша по Задонью реки власти Рязаньскиа, и много зла сътвориша, и градъ Елецъ взяша, и Елецкого князя убиша, а инии въ Резань убежаша» (Никоновская летопись. ПСРЛ. Т. 11. С. 225).

Хожение Пиминово въ Царьградъ. Тоя же весны (1389 г.

) Пиминъ митрополитъ втретьи поиде въ Царьград къ патриарху… Поидохомъ же отъ Переславля Рязаньскаго въ неделю Фомину. Провадиша же съ нами и три струги, да насадъ на колесехъ; въ четвертокъ же приидохомъ къ реце къ Дону и спустихомъ суды на реку на Донъ. И въ вторый день приидохомъ до Чюръ Михайловыхъ; сице бо тамо тако нарицаемо есть место, некогда бо тамо и градъ былъ бяше; и ту утешение вземше и о Господе целование сотворше, и съ радостию и со умилениемъ проводиша насъ епископи, и архимандрити, и игумени, и священници, и иноцы, и бояре великого князя Олга Ивановичя Рязаньскаго, целовавшеся вси целованиемъ святымъ, и отъ того места возвратишася въ свояси. Мы же въ неделю святыхъ Мироносицъ оттуду съ Пиминомъ митрополитомъ вси поидоша: Михайло епископъ Смоленьский, и Сергий архимандритъ Спаский, и протопопи, и протодьякони, и священници, и иноцы, и слуги, влезше въ суды, и поплыхомъ рекою Дономъ на низъ. Бысть же сие путное шествие печално и унылниво, бяше бо пустыня зело всюду, не бе бо видети тамо ничтоже: ни града, ни села; аще бо и быша древле грады красны и нарочиты зело видениемъ места, точью пусто же все и не населено; нигде бо видети человека, точию пустыни велиа, и зверей множество: козы, лоси, волцы, лисицы, выдры, медведи, бобры, птицы орлы, гуси, лебеди, жарави, и прочая; и бяше все пустыни великиа. Въ вторый же день речнаго плаваниа минухомъ две реце, Мечю и Сосну; въ третий же день проидохомъ Острую Луку; въ четвертый же день проидохомъ Кривый Боръ; въ шестый же день приспехомъ до усть-Вороножа реки. Наутрие же въ неделю, на паметь святаго чюдотворца Николы, прииде къ намъ князь Юрьи Елетцкий з бояры своими и со многыми людми; посла бо къ нему вестника князь велики Олегъ Ивановичь Рязаньский, онъ же створи повеленное и воздаде намъ честь, и радость, и утешение велие. Оттуду же приплыхомъ къ Тихой Сосне и видехомъ столпы камены белы, дивно же и красно стоятъ рядомъ, яко стози малы, белы же и светли зело, надъ рекою надъ Сосною. Таже минухомъ и Черленый Яръ реку, и Бетюкъ реку, и Похорь реку. Въ неделю же пятую, о Самаряныне, минухомъ пловуще реку Медведицу, и Горы Высокиа реку, и Белый Яръ реку. Въ понеделникъ же пловуще минухомъ горы каменыа Красныа, въ вторникъ же Терклию градъ минухомъ пловуще, не градъ же убо, но точию городище; таже и Перевозъ минухомъ и тамо обретохомъ первие Татаръ много зело, якоже листъ и якоже песокъ. Въ среду же пловуще минухомъ Великую Луку и царевъ Сарыхозинъ улусъ; и тако оттуду начя насъ страхъ обдержати, яко внидохомъ въ землю Татарьскую, ихъже множество обаполъ Дона реки, аки песокъ. Въ четвертокъ же пловуще минухомъ Бекъ-Булатовъ улусъ, стада же Татарскиа видехомъ толико множество, якоже умъ превосходящь: овцы, козы, волы, верблюды, кони. Таже въ пятокъ минухомъ Червленыа горы; въ неделю же шестую, Слепаго, пловуще минухомъ Акъ-Бугинъ улусъ, и ту многое множество Татаръ, и всякихъ скотъ стады безъ числа много. Отъ Татарь же никтоже насъ пообиде, точию возпросиша ны везде, мы же отвещахомъ, и они, слышавше, ничтоже намъ пакости творяху, и млеко намъ даяху, и сице съ миромъ въ тишине плавахомъ. Въ понедельникъ же проидохомъ Бузукъ реку. Канунъ Възнесениева дни приспехомъ пловуще до моря, града Азова. Въ неделю же седмую, святыхъ Отець, вкладашеся въ корабль на усть-Дону реки, подъ градомъ Азовомъ, – тогда же бе во Азове живуще Фрязове Немцы, владуще темъ местомъ, – и отступихомъ въ море (Никоновская летопись. ПСРЛ. Т. 11. С. 95-96).

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх