Свежие комментарии

  • Александр
    Вы в курсе,что Киевская Русь-чисто историогрфическое понятие из 19 века?Варяжские имена п...
  • Александр
    Я думал,что альтернативная история только в России популярна. У нас многовато этих фриков развелось Оказывается,нет.Варяжские имена п...
  • Владимир Ломакин
    Спасибо за грамотный и развёрнутый ответ.Варяжские имена п...

Проклятие древних шаманов

Большой Уссурийский остров археологических сокровищ

Если бы мы верили в проклятие древних шаманов, то могли бы сказать, что Хабаровску грозит большая опасность и после сдачи моста на Большой Уссурийский остров тысячи неприкаянных душ восстанут из загробного мира и обрушат гнев на живых людей. Но наш суетный век отучил от сомнений, и мало кто задумывается о возможных последствиях вторжения в мир мертвых.

археология большой уссурийский остров хабаровск чжурчжэни
  Железные маски чжурчжэней - маски защиты лучников или же изображение предка шамана.  

 Да и любой крупный город, по сути, череда забытых погостов, некогда удаленных от домов, но позже оказавшихся в центре жилой застройки. Лишь немногие хабаровчане помнят о церковном кладбище на месте нынешнего института физкультуры и о захоронениях на главных городских площадях. И это - жизнь, естественный ход времени.

А вообще самым внушительным древним погостом вблизи Хабаровска считается Корсаковский могильник на Большом Уссурийском острове, открытый новосибирским археологом В. Медведевым около сорока лет назад.

- Начиная с шестидесятых годов, - вспоминает ученый, - китайцы все активнее предъявляли права на этот приграничный остров, и тогда наши стали его усиленно осваивать, строили дамбы для защиты сельхозугодий в период половодий, прокладывали грунтовые дороги.

И невольно разрушили бульдозерами древний могильник. Когда мы узнали об этом в 1976 году, полторы сотни могил уже было разрушено, еще около четырехсот погребений нам удалось исследовать. И стало ясно, что обнаружен самый крупный в Приамурье могильник чжурчжэней, получивший название Корсаковского…

- Остров этот многострадальный, - с горечью добавляет археолог.

И хотя в научном отношении Корсаковский могильник неплохо изучен и даже стал темой докторской диссертации В. Медведева, памятник фактически уничтожен. И даже его место хабаровские археологи могут обозначить лишь приблизительно. Кстати, место это находится на российской части острова, и когда-нибудь, хочется надеяться, здесь появится памятник или даже музей, посвященный древнему этносу, ушедшему в небытие.

Селились здесь люди с незапамятных времен. Еще в XV веке мимо острова проплывали военные флотилии царедворца Ишихи, направленные в низовья Амура императором Китая династии Мин. В XVII веке здесь проплывали казаки-землепроходцы. А когда русских, по условиям Нерчинского договора 1689 года, выдворили со среднего и нижнего Амура, маньчжурская династия Цин, правившая Китаем, занялась северной границей. Понадобились точные карты региона, которых не было ни у маньчжур, ни у русских. Зато уровень европейской картографии был высоким, и отцы-иезуиты, занимавшиеся миссионерской деятельностью в Цинской империи, активно изучали местность, а не только просвещали «язычников». Их-то и стали привлекать к составлению топографических карт.

С мая по декабрь 1709 года, действуя по заданию императора Канси, французские иезуиты Жан-Батист Регис и Пьер Жарту, а также Ксавье Фиделли из австрийского города Линца произвели первую в истории топографическую съемку территории от севера Кореи до устья Амура. Летом 1710 года они снова вернулись и нанесли на карту земли, пограничные с Россией. И этих исследователей можно по праву считать первыми европейцами, чье пребывание на территории будущего Хабаровска документально подтверждено. Возможно, когда-нибудь появится и памятник этим отважным людям, ведь какими бы ни были их мотивы, для мировой науки они сделали немало.

Результаты их работы были включены в «Карту Китая и окружающих земель», или «Карту Канси», вышедшую в Пекине в 1719 году. Это был солидный атлас из многих десятков карт, выполненных с большой для своего времени точностью. Благодаря ловким агентам, карты вскоре оказались в Санкт-Петербурге, и уже в 1726 году российские дипломаты, побывавшие в Пекине, использовали их для ведения переговоров по пограничным вопросам.

А европейские миссионеры, пусть даже действовавшие в интересах цинских императоров, внесли большой вклад в изучение Приамурья. И побывавший в низовьях Уссури осенью 1845 года католический миссионер де-ла-Брюньер сообщил, что места эти (речь идет о территории вблизи нынешнего Хабаровска) крайне редко заселены. По его словам, на этой большой реке и ее притоках проживало не более 800 человек, из которых 600 были гольдами, а 200 - китайскими переселенцами. Последние, как уточнил миссионер, «были изверги человечества, убийцы, разбойники и всякого рода негодяи, бежавшие от кары правосудия и основавшие здесь добровольную колонию преступников». Конечно, столь незначительная численность населения на берегах Уссури вызывает сомнения, но нравы беглого люда представлены убедительно. Кстати, де-ла-Брюньер добрался до устья Амура, где и погиб в районе нынешнего Николаевска-на-Амуре, а по его следам отправились другие европейские миссионеры-разведчики, и это - задолго до официального включения края в состав Российской империи.

Также разведчиками были и участники российских походов, в том числе секретной экспедиции Н. Ахте в верховьях Амура, проходившей одновременно с плаванием капитана Г. Невельского к устью великой реки. Капитан Невельской упомянул в своей книге о заморских агентах, действовавших в крае под видом купцов и миссионеров. И вообще к середине XIX века на прежде забытый регион нацелились многие державы, а не только Российская и Цинская империи.

Приморье и соседнюю Маньчжурию в то время часто называли «Страной мертвых городов». Название это еще в старину придумали китайцы, потом и миссионеры-католики, обосновавшиеся на юге Маньчжурии, в Ляодуне, стали использовать его в своих путевых заметках, а затем уж и российские исследователи. В частности Н.Пржевальский, отмечавший, что при всей своей дикости и запустении Уссурийский край удивительно богат древними памятниками.

К концу XIX века, когда разворачивалось строительство восточного участка Транссиба и КВЖД, это интригующее название - «Страна мертвых городов» уже широко использовалось, и романтически настроенным европейцам, конечно, было лестно считать, что именно они прокладывают рельсы в этот древний и забытый богом регион, возрождают его, раскрывают вековые тайны.

И по части технического прогресса так оно и было. Русское присутствие в Маньчжурии действительно дало толчок к развитию этой отсталой территории, ускорило, ко всему прочему, научные исследования в регионе, в том числе в области археологии и антропологии. А эти науки, как известно, исследуют и человеческие останки. Их в зоне строительства железных дорог было немало. Земляные работы велись на больших площадях, и строители часто натыкались на старинные захоронения. Такое, увы, бывает на многих крупных стройках. И за несколько десятилетий до строительства КВЖД английские и французские инженеры, работавшие на прокладке Суэцкого канала, насмотрелись на тысячи скелетов и мумий, хорошо сохранившихся в песках пустыни. В маньчжурской же и приамурской почве кости разрушаются намного быстрее, и все же множество бренных останков строителям приходилось убирать от железнодорожных насыпей, тоннелей. И российские инженеры-путейцы, возглавлявшие огромную армию наемных землекопов, не были первыми и последними, кто вольно или невольно вторгался в «Страну мертвых».

Так было и при строительстве железнодорожного моста через Амур у Хабаровска, когда за один полевой сезон 1913 года В. Арсеньев и другие исследователи обнаружили в районе проток Пемзенская и Бешеная много археологических памятников.

А вот как выглядит, согласно научным данным, этническая история здешних мест, где прослеживается не менее шести миграционных волн.

Некогда здесь проживали так называемые палеоазиаты, к которым из ныне живущих, пусть и в других местах этносов относятся нивхи и айны. И когда в первые века нашей эры с юга пожаловали тунгусо-маньчжурские племена, уцелевшие в схватках палеоазиаты уходили с проклятиями, и их погосты представляли угрозу завоевателям. Даже наскальные рисунки палеоазиатов вызывали страх у пришлых этносов. И это наблюдалось в стойбище Сикачи-Алян спустя многие столетия, когда сюда прибыли русские исследователи.

И вообще предшественники, уходя, пытались мстить завоевателям, посылая на их головы проклятия. И когда монголы в тринадцатом веке сокрушили империю чжурчжэней, проклятие палеоазиатских шаманов сбылось, и их тунгусо-маньчжурские враги сами оказались на пепелище.

Потом появились племена дючер, родственных маньчжурам, которых, в свою очередь, сокрушили русские землепроходцы. И, конечно, уцелевшие таежные этносы не питали симпатии к завоевателям. Но наступил «просвещенный» XIX век, и прошлое региона стали изображать в выгодном для европейцев свете. А затем и советские времена, когда многое стали замалчивать.

Вот и Большой Уссурийский остров с его удивительным Корсаковским могильником словно выпал из краеведческой канвы. Люди, упокоившиеся здесь в древности, не имели отношения ни к китайцам, ни к русским, это были другие этносы, жившие здесь веками и ставшие частицей этой земли. И, наверное, не стоит пугать читателей проклятием древних шаманов, а вот отнестись уважительно к древним этносам и нашей общей истории все-таки нужно. И не замалчивать эту тему.

материал: Владимир Иванов-Ардашев

история

Картина дня

наверх