Свежие комментарии

  • злодей злодейский
    нет ничего тупее чем натыкать сканов с книги.ДЕНИС ДАВЫДОВ: МИ...
  • абрам вербин
    Можно покрупней сделать текст?ДЕНИС ДАВЫДОВ: МИ...
  • Михаил Ачаев
    Не было тогда всемирной китайской фабрики, всё стоило дорого.Сколько будет сто...

Отношения Руси и Византии в IX-X веках.

"Договор мира и любви" с Византией  60-х гг. IX в.

Отношения Руси и Византии в IX-X веках.

Аскольд и Дир (Радзивилловская летопись)

"Договор мира и любви" с Византией 60-х гг. IX в.     Заключен после успешного похода русичей на    Константинополь в 860 г.     Точная дата неизвестна (25.06.860 г.?), как и    содержание договора (кроме его принятого в    летописях наименования - "договор мира и    любви"). Некоторые исследователи считают, что    одной из статей договора (кроме обычных в таких    случаях положений о перемирии и торговых    отношениях) могло стать положение о принятии    Русью христианской веры. Есть и мнение о том, что    такое крещение южной Руси состоялось именно в 60-е    гг. IX в.

Из "Окружного послания патриарха Фотия": ... Ибо так, изгнав нечестие и утвердив благочестие, питаем мы добрые надежды возвратить новооглашенный во Христа и недавно просвещенный сонм болгар к переданной им вере. Ибо не только этот народ переменил прежнее нечестие на веру во Христа, но и даже для многих многократно знаменитый и всех оставляющий позади в свирепости и кровопролитии, тот самый так называемый народ Рос - те, кто, поработив живших окрест них и оттого чрезмерно возгордившись, подняли руки на саму Ромейскую державу! Но ныне, однако, и они переменили языческую и безбожную веру, в которой пребывали прежде, на чистую и неподдельную религию христиан, сами се бя с любовью!

поставив в положение подданных и гостеприимцев вместо недавнего против нас грабежа и великого дерзновения. И при этом столь воспламенило их страстное стремление и рвение к вере , что приняли они у себя епископа и пастыря и с великим усердием и старанием встречают христианские обряды. Таким вот образом по милости человеколюбивого Бога, желающего, чтобы все люди были спасены и достигли познания истины , переменяются у них старые верования и принимают они веру христианскую;...

Исходя из геополитических последствий    договора можно предполагать, что в нем были    зафиксированы следующие положения:

1) Впервые оформлял межгосударственные    отношения Руси и Византии (империи ромеев),     означал международное признание Руси.

2) Стороны устанавливали добрососедские    отношения ("мира и любви").

3) На Русь допускались христианские    миссионеры-проповедники.

4) Византия обязывалась ежегодно    уплачивать дань Руси за ее воздержание от войн.

5) Русь обязывалась доставлять военную    помощь Византии в случае необходимости.

 

Русско-византийский договор 907 года

Отношения Руси и Византии в IX-X веках.

Олег показывает маленького Игоря Аскольду и Диру.

Миниатюра из Радзивилловской летописи (XV век).

Русско-византийский договор 907 г. Русско-византийский    договор заключен после успешного похода на    Константинополь князя Олега. Основными его    положениями было восстановление мирных и    добрососедских отношений между двумя странами. Византия обязалась платить    Руси ежегодную дань в солидных размерах и    выплатить единовременную контрибуцию деньгами,     золотом, вещами, тканями и др., оговаривает размер    выкупа каждому воину и месячное содержание для    руских купцов.

В Повести временных лет  об этом договоре сказано:

Цари же Леон и Александр  заключили мир с Олегом, обязались уплачивать дань и присягали друг    другу: сами целовали крест, а Олега с мужами его    водили присягать по закону русскому, и клялись те  своим оружием и Перуном, своим богом, и Волосом,  богом скота, и утвердили мир.

 

Русско-византийский договор 911 года

Отношения Руси и Византии в IX-X веках.

Прощание Вещего Олега с конем. В. Васнецов, 1899 г.

 

Русско-византийский договор 911 г. Его общеполитическая    часть повторяла положения договоров 860 г. и 907 г. В отличие от предыдущих    договоров, где его содержание доводилось до  сведения как "императорское пожалование" русскому князю, теперь это был равноправный договор по всей форме между двумя равными    участниками переговорного процесса. Первая    статья говорила о способах рассмотрения    различных злодеяний и мерах наказания за них. Вторая - об ответственности за убийство. Третья -     об ответственности за умышленные побои.     Четвертая - об ответственности за воровство и о    соответствующих за это наказаниях. Пятая - об    ответственности за грабежи. Шестая - о порядке    помощи купцам обеих стран во время их плавания с    товарами. Седьмая - о порядке выкупа пленных. Восьмая - о союзной помощи грекам со стороны Руси    и о порядке службы русов в    императорской армии. Девятая - о практике выкупа    любых других пленников. Десятая - о порядке    возвращения бежавшей или похищенной челяди. Одиннадцатая - о практике Наследования имущества    умерших в Византии русов. Двенадцатая - о порядке    русской торговли в Византии. Тринадцатая - об ответственности за взятый долг и о наказании за неуплату долга.

В Повести временных лет об этом договоре сказано:

В год 6420 (912).     Послал Олег мужей    своих заключить мир и установить договор между    греками и русскими, говоря так: "Список с    договора, заключенного при тех же царях Льве и    Александре. Мы от рода русского - Карлы, Инегелд,     Фарлаф, Веремуд, Рулав, Гуды, Руалд, Карн, Фрелав,     Руар, Актеву, Труан, Лидул, Фост, Стемид -     посланные от Олега,     великого князя русского, и от всех, кто под рукою    его, - светлых и великих князей, и его великих    бояр, к вам, Льву, Александру и Константину,     великим в Боге самодержцам, царям греческим, для    укрепления и для удостоверения многолетней    дружбы, бывшей между христианами и русскими, по    желанию наших великих князей и по повелению, от    всех находящихся под рукою его русских. Наша    светлость, превыше всего желая в Боге укрепить и    удостоверить дружбу, существовавшую постоянно    между христианами и русскими, рассудили по    справедливости, не только на словах, но и на    письме, и клятвою твердою, клянясь оружием своим, утвердить такую дружбу и удостоверить ее по вере    и по закону нашему.

Таковы суть главы договора,     относительно которых мы себя обязали по Божьей    вере и дружбе. Первыми словами нашего договора    помиримся с вами, греки, и станем любить друг    друга от всей души и по всей доброй воле, и не    дадим произойти, поскольку это в нашей власти,     никакому обману или преступлению от сущих под    рукою наших светлых князей; но постараемся,     насколько в силах наших, сохранить с вами, греки,     в будущие годы и навсегда непревратную и    неизменную дружбу, изъявлением и преданием    письму с закреплением, клятвой удостоверяемую.     Так же и вы, греки, соблюдайте такую же    непоколебимую и неизменную дружбу к князьям    нашим светлым русским и ко всем, кто находится    под рукою нашего светлого князя всегда и во все    годы.

А о главах, касающихся возможных    злодеяний, договоримся так: те злодеяния, которые    будут явно удостоверены, пусть считаются    бесспорно совершившимися; а каким не станут    верить, пусть клянется та сторона, которая    домогается, чтобы злодеянию этому не верили; и    когда поклянется сторона та, пусть будет такое    наказание, каким окажется преступление.

Об этом: если кто убьет, - русский    христианина или христианин русского, - да умрет    на месте убийства. Если же убийца убежит, а    окажется имущим, то ту часть его имущества,     которую полагается по закону, пусть возьмет    родственник убитого, но и жена убийцы пусть    сохранит то, что полагается ей по закону. Если же    окажется неимущим бежавший убийца, то пусть    останется под судом, пока не разыщется, а тогда да    умрет.

Если ударит кто мечом или будет    бить каким-либо другим орудием, то за тот удар или    битье пусть даст 5 литр серебра по закону    русскому; если же совершивший этот проступок    неимущий, то пусть даст сколько может, так, что    пусть снимет с себя и те самые одежды, в которых    ходит, а об оставшейся неуплаченной сумме пусть    клянется по своей вере, что никто не может помочь    ему, и пусть не взыскивается с него этот остаток.

Об этом: если украдет что русский у    христианина или, напротив, христианин у русского,     и пойман будет вор пострадавшим в то самое время,     когда совершает кражу, либо если приготовится    вор красть и будет убит, то не взыщется смерть его    ни от христиан, ни от русских; но пусть    пострадавший возьмет то свое, что потерял. Если    же добровольно отдастся вор, то пусть будет взят    тем, у кого он украл, и пусть будет связан, и    отдаст то, что украл, в тройном размере.

Об этом: если кто из христиан или из    русских посредством побоев покусится (на грабеж)     и явно силою возьмет что-либо, принадлежащее    другому, то пусть вернет в тройном размере.

Если выкинута будет ладья сильным    ветром на чужую землю и будет там кто-нибудь из    нас, русских, и поможет сохранить ладью с грузом    ее и отправить вновь в Греческую землю, то    проводим ее через всякое опасное место, пока не    придет в место безопасное; если же ладья эта    бурей или на мель сев задержана и не может    возвратиться в свои места, то поможем гребцам той    ладьи мы, русские, и проводим их с товарами их    поздорову. Если же случится около Греческой    земли такая же беда с русской ладьей, то проводим    ее в Русскую землю и пусть продают товары той    ладьи, так что если можно что продать из той    ладьи, то пусть вынесем (на греческий берег) мы,     русские. И когда приходим (мы, русские) в    Греческую землю для торговли или посольством к    вашему царю, то (мы, греки) пропустим с честью    проданные товары их ладьи. Если же случится    кому-либо из нас, русских, прибывших с ладьею,     быть убиту или что-нибудь будет взято из ладьи, то    пусть будут виновники присуждены к    вышесказанному наказанию.

Об этих: если пленник той или иной    стороны насильно удерживается русскими или    греками, будучи продан в их страну, и если,     действительно, окажется русский или грек, то    пусть выкупят и возвратят выкупленное лицо в его    страну и возьмут цену его купившие, или пусть    будет предложена за него цена, полагающаяся за    челядина. Также, если и на войне взят будет он    теми греками, - все равно пусть возвратится он в    свою страну и отдана будет за него обычная цена    его, как уже сказано выше.

Если же будет набор в войско и эти     (русские) захотят почтить вашего царя, и сколько    бы ни пришло их в какое время, и захотят остаться    у вашего царя по своей воле, то пусть так будет.

Еще о русских, о пленниках.     Явившиеся из какой-либо страны (пленные    христиане) на Русь и продаваемые (русскими) назад    в Грецию или пленные христиане, приведенные на    Русь из какой-либо страны, - все эти должны    продаваться по 20 златников и возвращаться в    Греческую землю.

Об этом: если украден будет челядин    русский, либо убежит, либо насильно будет продан    и жаловаться станут русские, пусть докажут это о    своем челядине и возьмут его на Русь, но и купцы,     если потеряют челядина и обжалуют, пусть требуют    судом и, когда найдут, - возьмут его. Если же    кто-либо не позволит произвести дознание, - тем    самым не будет признан правым.

И о русских, служащих в Греческой    земле у греческого царя. Если кто умрет, не    распорядившись своим имуществом, а своих (в    Греции) у него не будет, то пусть возвратится    имущество его на Русь ближайшим младшим    родственникам. Если же сделает завещание, то    возьмет завещанное ему тот, кому написал    наследовать его имущество, и да наследует его.

О русских торгующих.

О различных людях, ходящих в    Греческую землю и остающихся в долгу. Если злодей    не возвратится на Русь, то пусть жалуются русские    греческому царству, и будет он схвачен и    возвращен насильно на Русь. То же самое пусть    сделают и русские грекам, если случится такое же.

В знак крепости и неизменности,     которая должна быть между вами, христианами, и    русскими, мирный договор этот сотворили мы    Ивановым написанием на двух хартиях - Царя вашего    и своею рукою, - скрепили его клятвою предлежащим    честным крестом и святою единосущною Троицею    единого истинного Бога вашего и дали нашим    послам. Мы же клялись царю вашему, поставленному    от Бога, как божественное создание, по вере и по    обычаю нашим, не нарушать нам и никому из страны    нашей ни одной из установленных глав мирного    договора и дружбы. И это написание дали царям    вашим на утверждение, чтобы договор этот стал    основой утверждения и удостоверения    существующего между нами мира. Месяца сентября 2,  индикта 15, в год от сотворения мира 6420".

Царь же Леон почтил русских послов  дарами - золотом, и шелками, и драгоценными    тканями - и приставил к ним своих мужей показать    им церковную красоту, золотые палаты и хранящиеся в них богатства: множество золота,     паволоки, драгоценные камни и страсти Господни - венец, гвозди, багряницу и мощи святых, уча их    вере своей и показывая им истинную веру. И так отпустил их в свою землю с великою честью. Послы    же, посланные Олегом, вернулись к нему и поведали ему все речи обоих    царей, как заключили мир и договор положили между    Греческою землею и Русскою и установили не    преступать клятвы - ни грекам, ни руси.

Русско-византийский договор 944 г.

Отношения Руси и Византии в IX-X веках.

Князь Игорь. Портрет из Царского

титулярника 17 в.

 

Русско-византийский    договор 944 г. Договор подтверждал    все ранее достигнутые положения и упорядочивал    многосторонние связи между двумя странами. В    частности, вводилась система предоставления  торговцами и официальными представителями Киева  своего рода "удостоверений личности" по    прибытии в Византию. В  противном случае властям империи давалось право    ареста прибывших лиц и извещение об этом  киевского владыки. Правда, в этот договор, в отличие от предыдущих, не было включено право  русов на беспошлинную торговлю в Византии.  Усилены были военные статьи договора. Вместо  права русичей служить при дворе и в армии  императора отныне речь шла о широкомасштабном    военном сотрудничестве. Это положение    большинство историков расценивают как факт заключения между двумя странами союзнических    отношений.

В Повести временных лет приводится примерный текст этого договора:

Договор Игоря с Греками

"Список с договора, заключенного при царях    Романе, Константине и Стефане, христолюбивых    владыках. Мы - от рода русского послы и купцы,  Ивор, посол Игоря, великого    князя русского, и общие послы: Вуефаст от Святослава, сына Игоря; Искусеви от княгини    Ольги; Слуды от Игоря, племянник Игорев; Улеб от Володислава; Каницар от    Предславы; Шихберн Сфандр от жены Улеба; Прастен    Тудоров; Либиар Фастов; Грим Сфирьков; Прастен    Акун, племянник Игорев; Кары Тудков; Каршев    Тудоров; Егри Евлисков; Воист Войков; Истр    Аминодов; Прастен Бернов; Явтяг Гунарев; Шибрид    Алдан; Кол Клеков; Стегги Етонов; Сфирка...; Алвад    Гудов; Фудри Туадов; Мутур Утин; купцы Адунь,     Адулб, Иггивлад, Улеб, Фрутан, Гомол, Куци, Емиг,     Туробид, Фуростен, Бруны, Роальд, Гунастр,     Фрастен, Игелд, Турберн, Моне, Руальд, Свень, Стир,     Алдан, Тилен, Апубексарь, Вузлев, Синко, Борич,     посланные от Игоря, великого князя русского, и от    всякого княжья, и от всех людей Русской земли. И    им поручено возобновить старый мир, нарушенный    уже много лет ненавидящим добро и враждолюбцем    дьяволом, и утвердить любовь между греками и    русскими.

Великий князь наш Игорь, и    бояре его, и люди все русские послали нас к    Роману, Константину и Стефану, к великим царям    греческим, заключить союз любви с самими царями,     со всем боярством и со всеми людьми греческими на    все годы, пока сияет солнце и весь мир стоит. А кто    с русской стороны замыслит разрушить эту любовь,     то пусть те из них, которые приняли крещение,     получат возмездие от Бога вседержителя,     осуждение на погибель в загробной жизни, а те из    них, которые не крещены, да не имеют помощи ни от    Бога, ни от Перуна, да не защитятся они    собственными щитами, и да погибнут они от мечей    своих, от стрел и от иного своего оружия, и да    будут рабами во всю свою загробную жизнь.

А великий князь русский и бояре его пусть    посылают в Греческую землю к великим царям    греческим корабли, сколько хотят, с послами и с    купцами, как это установлено для них. Раньше    приносили послы золотые печати, а купцы    серебряные; ныне же повелел князь ваш посылать    грамоты к нам, царям; те послы и гости, которые    будут посылаться ими, пусть приносят грамоту, так    написав ее: послал столько-то кораблей, чтобы из    этих грамот мы узнали, что пришли они с миром.     Если же придут без грамоты и окажутся в руках    наших, то мы будем содержать их под надзором, пока    не возвестим князю вашему. Если же не дадутся нам    и сопротивятся, то убьем их, и пусть не взыщется    смерть их от князя вашего. Если же, убежав,     вернутся в Русь, то напишем мы князю вашему, и  пусть делают что хотят, Если же русские придут не    для торговли, то пусть не берут месячины. Пусть    накажет князь своим послам и приходящим сюда    русским, чтобы не творили бесчинств в селах и в    стране нашей. И, когда придут, пусть живут у    церкви святого Мамонта, и тогда пошлем мы, цари,     чтобы переписали имена ваши, и пусть возьмут    месячину - послы посольскую, а купцы месячину,     сперва те, кто от города Киева, затем из    Чернигова, и из Переяславля, и из прочих городов.     Да входят они в город через одни только ворота в    сопровождении царева мужа без оружия, человек по     50, и торгуют сколько им нужно, и выходят назад; муж    же наш царский да охраняет их, так что если кто из    русских или греков сотворит неправо, то пусть    рассудит то дело. Когда же русские входят в город,     то пусть не творят вреда и не имеют права    покупать паволоки дороже, чем по 50 золотников; и    если кто купит тех паволок, то пусть показывает    цареву мужу, а тот наложит печати и даст им. И те    русские, которые отправляются отсюда, пусть    берут от нас все необходимое: пищу на дорогу и что    необходимо ладьям, как это было установлено    раньше, и да возвращаются в безопасности в страну    свою, а у святого Мамонта зимовать да не имеют    права.

Если убежит челядин у русских, то пусть придут    за ним в страну царства нашего, и если окажется у    святого Мамонта, то пусть возьмут его; если же не    найдется, то пусть клянутся наши русские    христиане по их вере, а нехристиане по закону    своему, и пусть тогда возьмут от нас цену свою,     как установлено было прежде, - по 2 паволоки за    челядина.

Если же кто из челядинов наших царских или    города нашего, или иных городов убежит к вам и    захватит с собой что-нибудь, то пусть опять  вернут его; а если то, что он принес, будет все    цело, то возьмут от него два золотника за поимку.

Если же кто покусится из русских взять что-либо    у наших царских людей, то тот, кто сделает это, пусть будет сурово наказан; если уже возьмет, пусть заплатит вдвойне; и если сделает то же грек    русскому, да получит то же наказание, какое    получил и тот.

Если же случится украсть что-нибудь русскому у    греков или греку у русских, то следует возвратить    не только украденное, но и цену украденного; если    же окажется, что украденное уже продано, да    вернет цену его вдвойне и будет наказан по закону    греческому и по уставу и по закону русскому.

Сколько бы пленников христиан наших подданных    ни привели русские, то за юношу или девицу добрую    пусть наши дают 10 золотников и берут их, если же    среднего возраста, то пусть дадут им 8 золотников    и возьмут его; если же будет старик или ребенок,     то пусть дадут за него 5 золотников.

Если окажутся русские в рабстве у греков, то,     если они будут пленники, пусть выкупают их    русские по 10 золотников; если же окажется, что они  куплены греком, то следует ему поклясться на    кресте и взять свою цену - сколько он дал за    пленника.

И о Корсунской стране. Да не имеет права князь    русский воевать в тех странах, во всех городах    той земли, и та страна да не покоряется вам, но    когда попросит у нас воинов князь русский, чтобы    воевать, - дам ему, сколько ему будет нужно.

И о том: если найдут русские корабль греческий,     выкинутый где-нибудь на берег, да не причинят ему    ущерба. Если же кто-нибудь возьмет из него  что-либо, или обратит кого-нибудь из него в    рабство, или убьет, то будет подлежать суду по    закону русскому и греческому.

Если же застанут русские корсунцев в устье    Днепра за ловлей рыбы, да не причинят им никакого    зла.

И да не имеют права русские зимовать в устье    Днепра, в Белобережье и у святого Елферья; но с  наступлением осени пусть отправляются по домам в  Русь.

И об этих: если придут черные болгары и станут    воевать в Корсунской стране, то приказываем  князю русскому, чтобы не пускал их, иначе    причинят ущерб и его стране.

Если же будет совершено злодеяние кем-нибудь из    греков - наших царских подданных, - да не имеете    права наказывать их, но по нашему царскому    повелению пусть получит тот наказание в меру    своего проступка.

Если убьет наш подданный русского или русский    нашего подданного, то да задержат убийцу    родственники убитого, и да убьют его.

Если же убежит убийца и скроется, а будет у него    имущество, то пусть родственники убитого возьмут    имущество его; если же убийца окажется неимущим и    также скроется, то пусть ищут его, пока не    найдется, а когда найдется, да будет убит.

Если же ударит мечом, или копьем, или иным    каким-либо оружием русский грека или грек    русского, то за то беззаконие пусть заплатит    виновный 5 литр серебра по закону русскому; если    же окажется неимущим, то пусть продадут у него    все, что только можно, так что даже и одежды, в    которых он ходит, и те пусть с него снимут, а о    недостающем пусть принесет клятву по своей вере,     что не имеет ничего, и только тогда пусть будет    отпущен.

Если же пожелаем мы, цари, у вас воинов против    наших противников, да напишем о том великому    князю вашему, и вышлет он нам столько их, сколько    пожелаем: и отсюда узнают в иных странах, какую    любовь имеют между собой греки и русские.

Мы же договор этот написали на двух хартиях, и    одна хартия хранится у нас, царей, - на ней есть    крест и имена наши написаны, а на другой - имена    послов и купцов ваших. А когда послы наши царские    выедут, - пусть проводят их к великому князю    русскому Игорю и к его    людям; и те, приняв хартию, поклянутся истинно    соблюдать то, о чем мы договорились и о чем    написали на хартии этой, на которой написаны  имена наши.

Мы же, те из нас, кто крещен, в соборной церкви    клялись церковью святого Ильи в предлежании  честного креста и хартии этой соблюдать все, что    в ней написано, и не нарушать из нее ничего; а если    нарушит это кто-либо из нашей страны - князь ли    или иной кто, крещеный или некрещеный, - да не    получит он помощи от Бога, да будет он рабом в    загробной жизни своей и да будет заклан    собственным оружием.

А некрещеные русские кладут свои щиты и    обнаженные мечи, обручи и иное оружие, чтобы  поклясться, что все, что написано в хартии этой,  будет соблюдаться Игорем, и    всеми боярами, и всеми людьми Русской страны во  все будущие годы и всегда.

Если же кто-нибудь из князей или из людей  русских, христиан или нехристиан, нарушит то, что  написано в хартии этой, - да будет достоин умереть    от своего оружия и да будет проклят от Бога и от    Перуна за то, что нарушил свою клятву.

И если на благо Игорь, великий князь, сохранит любовь эту верную, да не    нарушится она до тех пор, пока солнце сияет и весь  мир стоит, в нынешние времена и во все будущие".

 

http://www.hrono.ru/dokum/index.php#IX

 

Русско-византийский договор 971 г.

Отношения Руси и Византии в IX-X веках.

Встреча Святослава с Иоанном Цимисхием. К. Лебедев,1916 г.

 

21 июля 971 года произошло последнее сражение, которое окончилось безрезультатно, но склонило Святослава к заключению мира. В бою Святослав был ранен, однако и греки выстояли по византийской официальной версии только благодаря помощи св. великомученика Феодора Стратилата и сильному урагану, метавшему пыль прямо в лицо «скифам». Диакон так представил результат сражения: «Говорят, что в этой битве полегло пятнадцать тысяч пятьсот скифов, [на поле сражения] подобрали двадцать тысяч щитов и очень много мечей. Среди ромеев убитых было триста пятьдесят.» На следующий день Святослав отправил к императору послов с предложением мира.

Условия, предложенные русским князем, заключались в следующем: русы уходят из Болгарии на родину, а греки обеспечивают им свободу выхода и снабжают хлебом на дальнюю дорогу. Кроме того, восстанавливаются торговые отношения с Византией. Император принял все условия, после чего было заключено соглашение, текст которого сохранился в ПВЛ:


«Список с договора, заключенного при Святославе, великом князе русском, и при Свенельде, писано при Феофиле Синкеле к Иоанну, называемому Цимисхием, царю греческому, в Доростоле, месяца июля, 14 индикта, в год 6479. Я, Святослав, князь русский, как клялся, так и подтверждаю договором этим клятву мою: хочу вместе со всеми подданными мне русскими, с боярами и прочими иметь мир и истинную любовь со всеми великими царями греческими, с Василием и с Константином, и с боговдохновенными царями, и со всеми людьми вашими до конца мира. И никогда не буду замышлять на страну вашу, и не буду собирать на нее воинов, и не наведу иного народа на страну вашу, ни на ту, что находится под властью греческой, ни на Корсунскую страну и все города тамошние, ни на страну Болгарскую. И если иной кто замыслит против страны вашей, то я ему буду противником и буду воевать с ним. Как уже клялся я греческим царям, а со мною бояре и все русские, да соблюдем мы неизменным договор. Если же не соблюдем мы чего-либо из сказанного раньше, пусть я и те, кто со мною и подо мною, будем прокляты от бога, в которого веруем, — в Перуна и в Волоса, бога скота, и да будем желты, как золото, и своим оружием посечены будем. Не сомневайтесь в правде того, что мы обещали вам ныне, и написали в хартии этой и скрепили своими печатями.»


По византийским сведениям хлеб (по 20 кг) получили 22 тыс. русских воинов. Обращает на себя внимание близость этой цифры к тем 20 тыс. по русской летописи, которых Святослав назвал на запрос греков, хотя реально князь располагал 10 тыс. Выполняя условия договора, Святослав выдал пленных и отправился на Русь.


С окончанием русско-византийской войны северо-восточная Болгария была присоединена к Византии, независимость сохранили лишь болгарские земли на западе. Болгарский царь Борис II был лишён царского титула, став византийским вельможей.

Святослав с небольшой дружиной на ладьях отправился в Киев, но днепровские пороги заняли печенеги, предупреждённые по версии ПВЛ болгарами. Князь остался зимовать в устье Днепра, а весной 972 года сделал ещё одну попытку пройти пороги. Последствия кратко изложены в ПВЛ: «И напал на него Куря, князь печенежский, и убили Святослава, и взяли голову его, и сделали чашу из черепа, оковав его, и пили из него.»

Скилица подтверждает гибель Святослава, замечая, что греки послали посольство к печенегам с просьбой пропустить русов на родину, но печенеги были недовольны тем, что Святослав заключил мир с греками, и отказались.

Большая часть русского войска вернулось в Киев сухопутным путём под началом воеводы Свенельда.


Наиболее подробно русско-византийская война 970—971 описана византийскими историками Львом Диаконом, современником событий, и Иоанном Скилицей (2-я половина XI века). Современные историки предполагают, что они могли использовать единый источник, однако их изложение не дублирует, но дополняет друг друга. Более поздние византийские авторы (Зонара и Константин Манассия, XII век) кратко повторяют Диакона и Скилицу.

Армянский хронист начала XI века Степанос Асохик сообщает, что болгары выступили против Иоанна Цимисхия в союзе с русами. Асохик свёл всю войну к единственному сражению в 971 году, о котором он рассказал так:

«Когда завязался бой, Рузы [русы] обратили в бегство оба крыла греческого войска. Царь со всею армянскою пехотой оставался неподвижным посередине фронта. Отряд пехоты, называемый отрядом саларов [букв. военачальников], оказал чудеса храбрости. Он врезался в стоявших лицом к лицу с царем и шедших против него под прикрытием своих щитов и, дав работу мечу, многих положил на месте, а остальных разогнал в разные стороны; и принудил булхарский народ покориться.»[17]

Сирийский историк XI века Яхъя Антиохийский упоминает в своей хронике о походе под влиянием Византии русов против болгар.

С русской стороны поход Святослава освещён в самом раннем из дошедших до нашего времени летописных сводов, «Повести временных лет». Хотя в целом рассказ про поход выдержан в духе героической былины, в которой умалчивается о поражении Святослава, летопись содержит ряд важных сведений: о возвращении Святослава в Киев из Болгарии в 968/969 году; обстоятельства его гибели на днепровских порогах; полный текст русско-византийского мирного договора 971 года.

Некоторые дополнительные сведения изложены русским историком XVIII века В. Н. Татищевым по так называемой Иоакимовской летописи, подлинность которой ставится под сомнение, и другим источникам, оставшихся неизвестными. В изложении Татищева Святослав, покидая Болгарию в 968/969, оставил гарнизон в Переяславце. Болгары восстали против русов, вынудив русского воеводу Волка отступить на ладьях по Дунаю. Волк встретил на Днестре Святослава, который возвращался в Болгарию с войском от своего тестя, венгерского князя[18]. После захвата Переяславца Святослав посчитал Византию виновной в восстании болгар и объявил ей войну. Чтобы оправдать поражение, Святослав обвинил христиан, бывших в его войске, в том, что они прогневили языческих богов, и даже казнил единственного брата Глеба. По Иоакимовской летописи, Святослав решил вернуться в Киев с целью покарать христиан, но погиб на порогах.

Современные историки предлагают различные трактовки событий, изложенных в вышеуказанных источниках. Различия связаны главным образом с оценкой личности Святослава и взаимоотношений болгар и русов. Полный обзор версий представлен в книге А. Н. Сахарова «Дипломатия Святослава».

Список литературы:

  1. И. Скилица: «На четвертом году своего [Никифора Фоки] царствования, в месяце июне 10 индикта»
  2. Иоанн Скилица, «Обозрение историй»
  3. Константин Манассия, Летопись
  4. Лев Диакон, История, 4.6
  5. Лев Диакон, «История», 6.10
  6. ПВЛ, год 971
  7. Ceorgius Cedrenus, t. II, Bonnae, 1839, p. 378. Цитируется по хрестоматии по истории средних веков.
  8. Скилица называет невероятные 308 тыс.
  9. Совр. турец. Люле-Бургаз
  10. Лев Диакон, 6.13
  11. Точные даты восстанавливаются по упоминанию Львом Диаконом церковных праздников
  12. Лисицов. 1974
  13. Лев Диакон, 8.9
  14. В день памяти Св. Георгия по Скилице
  15. Иоанн Скилица, «Обозрение историй»
  16. Дата восстанавливается по сопоставлению разных источников. Лев Диакон назвал 23 июля, но эта дата признана ошибкой переписчика: Сюзюмов, 1974
  17. «Всеобщая история Степаноса Таронского», пер. Н. Эмина, Москва, 1864 г., стр. 128
  18. В. Н. Татищев, «История Российская», ч. 2, гл.: Великий князь Святослав

http://www.coolreferat.com/Русско-византийская_война_970_971_годов_часть=2

 

Русско-византийский союз 988 года.

Отношения Руси и Византии в IX-X веках.

Князь Владимир I

 

Василий II отчаянно нуждался в военной помощи, когда узнал о желании киевского князя Владимира принять крещение. Яхъя Антиохийский, обычно точно отражающий хронологию событий, так рассказал о русско-византийском союзе:

«Был им [Вардой Фокой] озабочен царь Василий по причине силы его войск и победы его над ним. И истощились его богатства и побудила его нужда послать к царю русов — а они его враги, — чтобы просить их помочь ему в настоящем его положении. И согласился он на это. И заключили они между собою договор о свойстве и женился царь русов на сестре царя Василия [Анне], после того, как он поставил ему условие, чтобы он крестился и весь народ его стран, а они народ великий. И не причисляли себя русы тогда ни к какому закону и не признавали никакой веры. И послал к нему царь Василий впоследствии митрополитов и епископов, и они окрестили царя и всех, кого обнимали его земли, и отправил к нему сестру свою, и она построила многие церкви в стране русов . И когда было решено между ними дело о браке, прибыли войска русов и соединились с войсками греков, которые были у царя Василия, и отправились все вместе на борьбу с Вардою Фокою морем и сушей, в Хрисополь. И победили они Фоку…»

О размере русской военной помощи Византии сообщил армянский историк Стефан Таронский, современник князя Владимира. Он назвал цифру в 6 тысяч воинов. По Яхъю соединённые силы русов и греков разгромили войска Варды Фоки под Хрисополем (на азиатском берегу Босфора) в конце 988 года, а 13 апреля 989 года союзники в сражении под Абидосом покончили с Вардой Фокой. Яхъя Антиохийский упоминает о боевых действиях русов в составе византийского войска и после, в северной Сирии в 999 году.

Таким образом, русско-византийский союз был заключён не позднее осени 988 года, после чего русский корпус воевал в составе византийской армии по крайней мере до начала XI века. Согласно восточным источникам союзу предшествовали решение князя Владимира креститься и согласие императора Василия II выдать свою сестру замуж за Владимира.

http://www.coolreferat.com/Русско-византийская_война_988_года

 

Картина дня

наверх