Последние комментарии

  • Мюмзик !18 июня, 13:38
    Спасибо, очень интересно!Города Русского государства в конце XV века
  • Гордей17 июня, 12:52
    → Гордей 16 июня, 21:24 В Орде, кроме самой династии Джучидов, это была мизерная прослойка правящей верхушки, которая...Обзор новых книжных изданий по монгольской тематике (Январь 2019)
  • Гордей17 июня, 12:52
    Так точно! Вопрос то риторический) Для удержания Империи их было маловато. Для этого злодейского проекта необходимо б...Обзор новых книжных изданий по монгольской тематике (Январь 2019)

Как на юге Руси называли Северо-Восточную Русь (XI-XIII вв.)

Сложные процессы политической эволюции Древнерусского государства привели его в первой половине XII в. к распаду. На ранних этапах раздробленности выделившиеся из него области являлись крупными и относительно стабильными территориально-политическими образованиями. Их существование оказывало серьезное влияние на политико-географические представления современников и, соответственно, приводило к изменению значения старых и появлению новых региональных топонимических понятий (хоронимов).
Не была тут исключением и Северо-Восточная Русь – один из самых значительных (как по территории, так и по военно-политическому потенциалу) регионов страны. 

К развитию хоронимических понятий, использовавшихся для обозначения данного региона в новгородском летописании XII – начала XIV в., мы уже обращались. Проделанная работа позволила тогда сделать вывод, что при формировании пространственных представлений новгородцев о Северо-Восточной Руси системообразующими выступали не столько географические, сколько политические факторы. Единство региона олицетворялось для них фигурой великого князя, а также, первоначально – в XII в., – и его стольным городом. Изменение политических реалий вызывало заметную корректировку хоронимической системы. 
В настоящем докладе мы коснемся тех обобщающих региональных понятий, относящихся к Северо-Восточной Руси, которые в XII–XIII вв. бытовали среди южнорусских летописцев. 

К работе были привлечены Киевский свод 1198 г. (далее – КС), лучше всего сохранившийся в Ипатьевской летописи и (в виде фрагментов) в Московском великокняжеском своде 1479 г., и Галицко-Волынская летопись XIII в. (далее – ГВЛ). Оба памятника сложны по составу и дошли до нас не в первоначальном виде, что создает препятствия для изучения избранной темы. КС, являющийся продолжением Повести временных лет (далее – ПВЛ), помимо собственно киевского летописания впитал в себя фрагменты черниговского и переяславско-южного летописных источников, а также был осложнен заимствованиями из галицко-волынского летописания, княжеских летописцев Юрия Долгорукого и его сына Андрея, владимирского летописания времен Всеволода Большое Гнездо и др. При изъятии текстов, связанных с поименованными князьями, памятник позволяет судить о хоронимической практике в землях, которые располагались к югу и юго-западу от интересующего нас региона. Что же касается ГВЛ, охватывающей события с 1205 по 1292 г., то она, по преимуществу, передает исторические записи, которые возникли в Юго-Западной Руси. Упоминания интересующих нас понятий в ней единичны. 

Древнейшим центром Северо-Восточной Руси был Ростов. В хоронимических определениях южнорусских летописцев конца XI – начала XII вв. воспоминание об этом еще сохранялось (см. ПВЛ под 6579/1071 и особенно под 6604/1096 г.). КС практически порывает с этой практикой. Можно лишь подозревать, что в некоторых случаях сам урбоним мог употребляться там в обобщающем смысле (как он использовался, по заключению А.Н. Насонова, в «Поучении» Владимира Мономаха), обозначая всю северо-восточную вотчину князя Юрия Долгорукого (под 6656/1148 и 6659/1151 гг.). Кроме того, под 6668/1160 г. помощь, направленная князем Андреем Боголюбским князю Изяславу Давыдовичу, названа «силою многою Ростовьскою», что, видимо, подразумевало не одних только представителей города Ростова – демонстрация силы произвела на противников сильное впечатление (правда, можно сомневаться в том, что это сообщение возникло под пером именно южнорусского летописца). Что же касается известий об изгнании владыки Феодорца под 6680/1172 г. и успехах князей Ростиславичей в борьбе за власть в Северо-Восточной Руси под 6683/1175 г., в которых упоминается «Ростовьская земля» в широком смысле, то они имеют явно владимирское происхождение. 

В изучаемых памятниках при обозначении Северо-Восточной Руси доминируют понятия, образованные от урбонима «Суждаль». Хотя попытку (впрочем, – неявную) определить северо-восточную окраину государства посредством упоминания Суздаля можно отыскать еще в ПВЛ (см. статью 6532/1024 г.), имя региону этот город дал, без сомнения, в княжение Юрия Долгорукого. Именно тогда столичная роль в крае перешла от Ростова к Суздалю, а сама Северо-Восточная Русь впервые обрела независимость от Киева, что и породило потребность в новых политико-географических определениях. 

Как и в новгородской летописи 30–70-х годов XII в., в южнорусском летописании слово «Суждаль» в большинстве случаев соседствует с упоминанием правящего князя. Само это слово употребляется двояко – как урбоним и как хороним (на последнее также обращал внимание еще А.Н. Насонов), причем далеко не всегда ясно, какое из двух значений имеет в виду летописец. Хоронимическое значение становится более различимым после того, как в княжение сыновей Юрия столица земли перемещается из Суздаля во Владимир. Так, к примеру, ГВЛ под 6737/1229 г. сообщает о поездке князя Василько Романовича «Соуждалю» на свадьбу своего шурина Всеволода Юрьевича. «Соуждаль» употреблен тут явно в хоронимическом значении, поскольку, согласно Лаврентьевской летописи (под 6738/1230 г.), венчание брака совершилось «в великои церкви зборнеи святыя Богородица священьным епископомъ Митрофаном», т.е. в Успенском соборе г. Владимира. 
Довольно устойчиво для обозначения представителей 

Северо-Восточной Руси применяется обобщающее понятие «суждальцы» (в других случаях оно указывает только на жителей города и тянущей ему округи), а для региона в целом – словосочетание «Суждальская земля». В КС первое определение используется начиная со статьи 6645/1137 г. и заканчивая статьей 6688/1180 г., второе – начиная со статьи 6656/1148 г. и заканчивая статьей 6691/1183 г. (если не считать владимирского по происхождению известия под 6695/1187 г. о рождении у Всеволода Большое Гнездо сына Юрия, чему радовалась вся «Соуждальская земля»). В ГВЛ находим только второе из них – в составе южнорусской версии Повести о нашествии Батыя под 6745/1237 и 6748/1240 гг. К этому следует добавить, что с последней четверти XII в. в исследуемых текстах определение «суждальский» начинает прилагаться не только к существительному «земля», но и к другим субъектам и объектам – князьям, столицей которых уже сделался Владимир (под 6682/1174, 6683/1175, 6690/1182, 6691/1183, 6698/1190, 6702/1194, 6704/1196 гг.), их полкам (под 6688/1180 г.) и даже самой новой столице, поименованной под 6690/1182 г. «Володимерем Соуждальским». Отдельного упоминания заслуживает известие ГВЛ под 6744/1236 г., где князь Ярослав Всеволодыч, попытавшийся занять Киев, назван «Ярославом Соуждальскым», и это притом, что он еще не являлся тогда великим князем – главой «Суждальской земли» (перед походом в Киев он княжил в Новгороде). Определение «Соуждальскыи» лишь указывало на землю, откуда «был родом» Ярослав. 

Другими словами, зародившись не позднее 30-х гг. XII в., «суждальская» хоронимия на Юге доживает, по крайней мере, до середины XIII в. (ГВЛ, к сожалению, мало интересуется делами на Северо-Востоке). Данная практика отличает южнорусских летописцев от их новгородских собратьев, которые начиная с 1180-х годов надолго отказались от употребления «суздальской» терминологии (реагируя, очевидно, на окончательно закрепившийся в это время столичный статус Владимира), а затем и подыскали ей замену (хоронимы с корнем низ-). Все это заставляет полагать, что если в Новгороде XII – первой половины XIII в. подход к «суждальской» хоронимии был явно политизирован, то на Юге она постепенно приобретала помимо политического и чисто географическое содержание. Такой же, скорее географический, подход к «суждальским» понятиям демонстрируют и некоторые источники из Западной Европы, где распространяется практика наречения северо-восточных великих князей не «владимирскими», а «суздальскими». Интересно, к примеру, что Плано Карпини именует князя Ярослава Всеволодыча «великим князем в некой части Руссии, которая называется Суздаль».

Цит. по: Лаушкин А.В. Политико-географические реалии Северо-Восточной Руси в южнорусском летописании XII – XIII вв.
 
 
Источник ➝

Популярное

))}
Loading...
наверх